Психотерапевт Его Величества

Ой, мамочки! Мне остается беспомощно смотреть Сейшею в глаза, не в силах остановить образы, возникающие в моей голове. Предательское тело реагирует на фантазии, как на реальность — спина инстинктивно прогибается в пояснице, тихий стон слетает с губ до того, как я понимаю, что происходит. Глаза мужчины мгновенно стали черными.

— Может, еще раз сыграем? Ты начинаешь.

Какая игра, о чем он вообще? Ну хорошо, е2-е4. Ой, нет. А-10. Лишняя рука медленно втягивается обратно…

— Чего же я от тебя хочу?

Сейшей рассматривает меня темными глазами, задумчиво поглаживая свои губы кончиками пальцев. Его взгляд путешествует по моему лицу, гладит шею, облизывает грудь, задерживается на животе, спускается ниже. И мне кажется, что я почти вижу, в какой позе он меня представляет. Меня опаляет жаром. Перед глазами картинка: я сижу на столе, мои пальцы запутались в волосах мужчины. Его голова между моих обнаженных бедер. В ту же секунду Сейшей дергается, судорожно сглатывает. Я в ответ хватаюсь за амулет под футболкой. Глаза в глаза.

— Я его сломал, — на меня надвигается хриплый шепот. — Нечаянно. Новый тебе сделаю.

— У тебя еще желание неиспользованное, — я пытаюсь его отвлечь, чувствуя себя кроликом перед удавом. Очень обольстительным удавом, который хотел, чтобы кролик его… хотел.

Сейшей неохотно возвращается на диван, еще раз неспешно ласкает взглядом с ног до головы и все-таки высказывает пожелание:

— Спой мне.

— Чтооо??? Серьезно? Я не умею, — все эмоциональное возбуждение мгновенно схлынуло, оставив после себя ощущение жара между ног и легкое разочарование. — Нет, правда. Я могу спеть, мне не трудно. Но это будет некрасиво.

— Пой.

Боже, каким властным может быть его бархатный голос. Лучше бы это он мне спел, я бы прям тут у его ног и кончилась бы. Во всех смыслах этого слова. Ладно, если лорд желает моего позора — позабавлю. Но теперь точно следующим желанием его уши будут мои.

Пою про "в лесу родилась елочка". Выразительно и громко, раз уж не могу красиво и мелодично. Лорд становится все более задумчивым, почти не реагируя на мое сомнительное выступление. Ой, он же уже в курсе планов про уши!

— Сей, я так не могу. Ты не мог бы не читать мои мысли — мне очень трудно контролировать свое воображение… Не всеми картинками я готова делиться с тобой, — говорю я серьезно, но в этот момент мстительно представляю его в гомосексуальном соитии с Рейвеном. И он снизу.

Прищуривает злые глаза. Невинно хлопаю ресницами. Молча встает и идет на меня. Я остаюсь сидеть в кресле, подавляя желание вскочить и убежать. Ну не прибьет же он меня? Мужчина рывком снимает со своей шеи какой-то кулон, медленно и аккуратно вешает его мне на шею. Нечеловеческим усилием воли заставляю себя сидеть неподвижно. Замираю в безумном напряжении, без единого глотка воздуха. Хоть бы это поскорее закончилось… ой-ой-ой… я не могу больше! Он наконец-то замечает, как изменилось мое состояние:

— Что не так?

— Я. Очень. Боюсь. Убери. Руки. Скорее. Пожалуйста.

Сейшей убирает руки от моей шеи, пытливо заглядывает мне в лицо. А я все еще не могу восстановить дыхание, сердце бьется, как умалишенное. И мне все еще страшно, хочется отодвинуть его подальше, слишком близко, слишком опасно. В итоге не выдерживаю, сама забираюсь на спинку кресла, лишь бы подальше от его рук.