Электронная книга - «Избранные произведения. IV том». Краткое содержание книги:
Дин Рэй Кунц (род. 9 июля 1945 года, Эверетт, Пенсильвания, США) — американский писатель. Один из самых популярных авторов «романов ужасов». Из его шестидесяти книг двенадцать стали национальными бестселлерами в Америке. Известен во всём мире как непревзойдённый мастер остросюжетных триллеров, которые держат в напряжении с первой и до последней строчки. Содержание: Мистер убийца Слезы дракона Зимняя луна Ледяная тюрьма Темные реки сердца Неведомые дороги Очарованный кровью Единственный выживший Тик-так Ложная память Краем глаза До рая подать рукой При свете луны Лицо в зеркале
— Нет. Мать-одиночка. Кто отец ребенка неизвестно, но Лэдбруков это мало беспокоит, они не считают, что данное обстоятельство хоть в какой-то мере способно омрачить их память о Колин. Колин для них была и остается святой.
— А ребенок?
— Девочка.
— Жива?
— Да, — ответил Микки. Отложив вилку, он отпил из стакана немного воды, промакнул губы красной салфеткой, все это время не сводя пристального взгляда с лица Конни. — Девочку назвали Элеонорой. Элеонора Лэдбрук. Они зовут ее Элли.
— Элли, — механически повторила Конни.
— Она очень похожа на тебя.
— А почему ты не сказал мне об этом утром?
— Не успел. Ты же мне даже договорить не дала. Взяла и повесила трубку.
— Неправда.
— Ну, почти что. Причем сделала это довольно грубо и бесцеремонно. Сказала: «Остальное доскажешь вечером».
— Прости меня. Когда я услышала, что Колин умерла, подумала, что все, конец.
— А теперь у тебя появился родной человечек. И ты ему приходишься кровной теткой.
Признав как должное существование Элли, Конни, однако, никак не могла сообразить, что это может значить для нее самой, каким образом Элли повлияет на ее собственную жизнь и будущее. Прожив столь длительное время в полном одиночестве, она была ошеломлена мыслью, что теперь не одна, что в этом огромном, терзаемом напастями мире живет еще и другое существо, в жилах которого течет такая же, как и у нее, кровь.
— Теперь, когда обнаружился родственник, пусть и в единственном числе, все должно выглядеть несколько иначе, — заметил Микки.
«Несколько» — это слишком мягко сказано. Совершенно иначе. По иронии судьбы, сегодня утром она могла погибнуть, так и не узнав, что обретает новый, огромный стимул к жизни.
Микки положил перед ней на стол еще один конверт из грубой оберточной бумаги.
— Завершающая часть отчета. В конверте адрес и телефон Лэдбруков, на всякий случай, если вдруг решишь, что хочешь с ними встретиться.
— Спасибо, Микки.
— И счет. Он тоже в конверте.
Она улыбнулась.
— Все равно спасибо.
Когда Конни поднялась из-за стола, Минки словно бы про себя задумчиво произнес:
— Странная штука жизнь. Так много в ней от нас протянуто невидимых ниточек к другим людям, о существовании которых мы даже не подозреваем, которых и в глаза-то никогда не видывали и, быть может, так никогда и не увидим.
— Да, странно.
— И вот что еще, Конни.
— Я вся внимание.
— Есть одна китайская пословица: «Иногда жизнь горька как слезы дракона…»
— Что очередная лапша на уши?
— Нет. Это настоящая пословица. — Сидящий в просторной кабинке маленький человечек по имени Микки Чан, с добрым лицом и прищуренными раскосыми глазами, искрящимися добродушным юмором, был очень похож на крохотного Будду. — То, что я успел сказать, — только часть ее. Полностью пословица звучит так: «Иногда жизнь горька, как слезы дракона. Но горьки ли слезы дракона или сладки на вкус, зависит от того, кто их пробует».
— Другими словами, жизнь тяжела и даже жестока — но гораздо важнее, как ты сам к ней относишься.
Сложив перед лицом тонкие ладошки в восточном молитвенном жесте, Микки с притворной учтивостью склонил перед ней голову.
— Воистину, мудрость сия сумела-таки пробить брешь в непробиваемой тверди твоей тупой американской башки.
— Очень может быть, — бодро согласилась Конни.
И, взяв со стола оба конверта, таивших в себе улыбку сестры и надежду на обретение племянницы, она направилась к выходу.
Снаружи шел такой сильный ливень, что у нее мелькнула мысль о новом Ноевом ковчеге, прямо сию минуту готовящемся к отплытию, в который по деревянному настилу уже поднимаются все «твари по паре».
Ресторан занимал помещение бок о бок с целой шеренгой новых магазинов, и вдоль всего ряда над тротуаром протянулся широкий навес, укрывавший прохожих от дождя. Слева от двери ресторана стоял какой-то мужчина.
Боковым зрением Конни отметила его высокий рост и плотное телосложение, но впервые взглянула на него, лишь когда он заговорил с ней.
— Подайте милостыню несчастному калеке, не откажите в любезности. Помогите калеке, леди.
Она уже собралась было сойти с тротуара прямо под дождь, но что-то в его голосе заставило ее остановиться. Голос был удивительно мягким, убаюкивающим, даже каким-то напевным и резко контрастировал с внешним видом босяка, которого она только едва удостоила взглядом.
