Грома бой

– Я, в принципе, так и думал, – говорит Влад, – но всё равно прикольно. Поздравляю, наверное.

– Ну, а у тебя как дела? Как Орлова? – перевожу быстрее тему.

– Ой, блин. Спасибо, что напомнил, называется.

– Вы расстались, что ли?

Влад морщится. Он немного молчит, как будто раздумывая, говорить мне или нет. Мы с ним, в принципе, никогда не обсуждали его отношения с Машей или с Алисой. Может, я немного в личное залезаю. Но он же меня спрашивает про Марго. Так что всё по-честному.

Усмехнувшись, Влад делает глоток чая и ставит кружку на стол.

– Так, Санчо. Тема щекотливая, так что давай-ка сначала кое-что проясним. Проведём черту, так сказать. У меня есть принцип – я не обсуждаю своих девушек. Бывших, настоящих – неважно. Да, я могу ради смеха письками померится. Но вот эта вот история, когда пацаны собираются побухать и начинают: «а я вчера засадил Наташке», «а вот я отымел Светку», «а я вообще всех вертел» – это не для меня. Нормальные пацаны своих женщин так не обсуждают, это делают только мужетелки. Согласен?

Киваю. Ага, как будто я бывал в таких компаниях. Но пусть Влад думает, что бывал.

– Ну, я считаю, что это некрасиво и неуважительно. Даже не по отношению к девушкам, а по отношению к себе. Но одно дело – хвастать, а другое – просто разговаривать. Так вот, Санчо. Мы с тобой – нормальные пацаны? Мы понимаем эту разницу? Мы можем с тобой нормально поговорить? Без бахвальства, строго между нами.

– А ты сомневаешься, что я – как ты там сказал, – не мужетелка?

– Я думаю, что ты нормальный. Иначе бы я с тобой не считался. Но я хочу быть уверен, что я не ошибаюсь. Так что, Санчо? Ты отвечаешь мне, что ты нормальный пацан?

– Да, отвечаю.

– Хорошо. Договорились.

Влад берёт другой апельсин, устраивается в кресле поудобнее.

– Короче, так получилось, что я оказался меж двух огней. Ну, знаешь, девушкам трудно устоять передо мной, ведь я неотразим, – кривляясь, Влад манерно проводит по волосам, затем продолжает серьёзно, – и я не знаю, что делать. Я как будто между двумя русалками. Только одна сверху женщина, снизу рыба. А другая – сверху рыба, снизу женщина.

Усмехаюсь.

– Вот! Вот про это я и говорил. Я знаю, как это выглядит. Типа я такой несчастный, никакого отбоя от этих девушек.

– Да нет, я не поэтому. Забей, – убираю ухмылку с лица, – на самом деле, я понимаю, о чем ты. У меня была похожая ситуация.

– Да, обычная ситуация совершенно. Но проблема в том, что я-то дельфин. Ну ты понял, да? Дельфин и русалка, они ля-ля-ля-ля, не пара, не пара, ля-ля-ля, – Влад вздыхает, начинает чистить апельсин, – к Маше у меня никогда особо серьёзных чувств не было, а к Алисе всё серьёзное уже прошло. Так что вот, такие дела.

Я специально не стал уточнять, меж каких двух огней он оказался. Но он сам сказал. Выходит, он встречается с ними обеими?

– Зачем тогда тебе всё это надо?

– В том-то и дело, что мне это не надо. Но так получилось. Я встречался с Машей, мне это нравилось. Потом Алиса рассталась с Глебом, переключилась на меня. Нет, я не виню Алису, я, конечно, сам виноват. Я сам создал этот треугольник.