Все расследования Шерлока Холмса [litres]

– А что подозреваемый говорит про галстук?

– Он признает, что это его галстук, но утверждает, что потерял его. Однако мы выяснили нечто такое, что может объяснить, зачем он вывел лошадь из конюшни.

Холмс насторожился.

– Мы нашли следы, указывающие на то, что в миле от того места, где произошло убийство, в понедельник вечером останавливались цыгане. Во вторник они ушли дальше. Если предположить, что между Симпсоном и этими цыганами существовал некий сговор, разве не мог он вести лошадь к ним, когда его настиг Стрейкер? Может быть, Серебряный до сих пор находится у них.

– Конечно, такая вероятность существует.

– Мы прочесали все поле в поисках этих цыган. К тому же я лично осмотрел все конюшни и хозяйственные постройки в радиусе десяти миль и в Тавистоке.

– Тут ведь недалеко есть еще одна конюшня?

– Да, и эту деталь ни в коем случае нельзя сбрасывать со счетов. Поскольку их Десборо считается вторым претендентом на главный приз Кубка Уэссекса, они очень заинтересованы в исчезновении Серебряного. Известно, что Сайлес Браун, тренер Десборо, уже сделал большие ставки на предстоящий забег, да и с несчастным Стрейкером они были не в ладах. Впрочем, мы обыскали конюшню Брауна, но не нашли ничего, что могло бы указать на его причастность к преступлению.

– И нет никаких доказательств того, что этот Симпсон действовал в интересах конюшни Мейплтон?

– Ни единого.

Холмс откинулся на спинку сиденья, и разговор прекратился. Через несколько минут коляска остановилась возле стоящей у самой дороги небольшой чистенькой виллы, с широким, выступающим над стенами из красного кирпича карнизом. Чуть дальше от дороги, за небольшим загоном, серела длинная черепичная крыша служебного помещения. Со всех сторон виллу окружало утыканное невысокими холмами поле, желтое от начавших увядать папоротников, которое растянулось до самого горизонта. Вдалеке виднелись лишь колокольни Тавистока, да несколько небольших зданий на западе указывали на местоположение конюшни Мейплтон. Мы выпрыгнули из коляски, лишь Холмс остался на своем месте. Он сидел, всматриваясь в небо, и был погружен в свои мысли. Только когда я коснулся его руки, он вздрогнул и порывисто шагнул на землю.

– Простите меня, – сказал он полковнику Россу, который недоуменно взирал на него. – Я немного замечтался.

В глазах своего друга я заметил огонек, а в голосе – скрытое возбуждение, явный признак того, что он нащупал верную нить, хотя я и представить себе не мог, что натолкнуло его на это.

– Может быть, вы хотели бы сразу отправиться на место преступления, мистер Холмс? – предложил Грегори.