Суженая из другого мира. Наши в Блонвуре

Он кивнул.

Забрав у него мышку, Клео увеличила и его фото:

— Логинов Виктор Владимирович, проректор. В реальности ты явно лучше, — заключила она, улыбнувшись. — И с длинными волосами даже как-то моложе выглядишь.

Конечно, моложе, улыбнулся про себя Вик. Ведь целью морока на фотографиях было не только изменение причёски, но и приближение к возрасту, более соответствующему занимаемым должностям.

— А на твою бывшую можно взглянуть? — проявила любопытство Клео.

Вик молча увеличил ещё одно фото и отвернулся от монитора.

Клео Виктория совершенно не понравилась, ей даже показалось, что вся подноготная бывшей жены Вика видна с первого взгляда. Впрочем, конечно, несложно разглядеть сущность, когда оная тебе уже известна. В любом случае, своё мнение Клео оставила при себе, прекрасно понимая, что Вика оно интересует меньше всего.

— Это и есть ваш универ? — воскликнула Клео, перейдя на ещё какую-то страницу.

— Да, — Вик кликнул на фото, увеличивая его. — Бывшая усадьба графа Воронова.

— Обалдеть какая красота! — глаза девушки сияли восторгом. — Душу бы продала, чтобы жить в таком месте! Постой, ты сказал, граф Воронов? Это что же, Влад его потомок?

— Нет, просто однофамилец.

— Как же у вас там здорово! — она никак не могла утолить своё восхищение, не сводя взгляда с фотографии. — Только обучение, наверное, стоит целое состояние?

— Отнюдь. Наш университет как раз для тех, кто хочет иметь английский диплом, но обучение в самой Англии ему не совсем по карману.

— Но когда же тогда окупятся затраты? Ведь реставрация усадьбы наверняка обошлась недёшево.

— Недёшево – это очень мягко сказано. С прошлых времён даже от главного здания остались одни лишь обветшалые стены. А насчет окупаемости – Влад всегда смеялся, что в следующей жизни. — Вик не стал пояснять, что следующую жизнь его друг подразумевал в самом прямом смысле – то есть когда им придётся снова сменить документы и личности. — Впрочем, теперь Виктория спустя какое-то время объявит Влада безвестно отсутствующим. Меня, наверное, тоже… и пригребёт всё себе!

— С какой бы стати?! — возмутилась Клео. — Какие, к слову, к тебе претензии у полиции?

— Меня обвиняют в организации четверного убийства и самоличном исполнении ещё одного.

Клео в шоке вытаращила глаза. Но, очевидно, насчёт лживости обвинений у неё вовсе не закралось сомнений.

— На каком основании? — поинтересовалась она.

— Четверо студентов разбились именно на моей машине.

— А другое убийство?

— В то время, когда в Аликс стреляли на территории университета, я находился там же.

— И больше никого не было?

— Нет, там находились все, кто обычно – студенты, преподаватели, обслуга.

— Почему же тогда обвиняют именно тебя?

— Потому что им нужно повесить это на меня. К сожалению, свидетелей реальных событий здесь теперь нет. В Аликс действительно стреляли. Макс, её парень, кинулся за киллером, но взять ублюдка живым не удалось – драпанув с места преступления, тот разбился на машине, была зима, гололёд. Однако дружки Виктории наверняка представят свидетелей, видевших, как в Аликс стрелял я.