Неолит Северной Евразии

Л.П. Хлобыстин (1964, 1965) предложил другое решение проблемы соотношения серовских, китайских и глазковских памятников. Китойские погребения он расценивал как принадлежащие особой локальной культуре, проникшей в Прибайкалье с юго-востока, частично сосуществующей с серовской и способствовавшей перерастанию ее в глазковскую. К китайской культуре вслед за А.П. Окладниковым была отнесена названная «посольской» керамика, изготовленная методом выбивания лопаткой, оставлявшей на поверхности сосудов шнуровые отпечатки, и украшенная у венчика треугольным в сечении валиком с маленькими сквозными отверстиями у края.

Радиоуглеродные даты для китойского захоронения на мысе Бурхан на Байкале, установившие его возраст в пределах середина V — первая половина IV тыс. до н. э., находки сетчатой керамики в китойских захоронениях и материалы раскопок многослойных поселений позволили пересмотреть возраст и соотношение культур Прибайкалья. Л.П. Хлобыстин (1978) к раннему неолиту (V–IV тыс. до н. э.) отнес исаковскую и, частично, китайскую и серовскую культуры, к развитому неолиту (III — начало II тыс.) — китайскую и серовскую, а также памятники с керамикой посольского и усть-бельского типов, к позднему неолиту (начало II тыс.) — ранние глазковские памятники.

То, что китайские памятники являются самостоятельным этнокультурным феноменом, а не этапом в непрерывном развитии прибайкальского неолита, подтверждается палеоантропологическими данными. Н.Н. Мамонова (1973), изучив серию китойских, серовских и глазковских черепов, установила, что китойские черепа имеют существенные морфологические отличия от серовских и глазковских, более сходных между собой. Отмечено также некоторое влияние китойского антропологического типа на глазковский. Сравнение краниологических данных по китойской культуре с материалами из Забайкалья позволило ей высказать предположение о приходе китойцев в Прибайкалье из Забайкалья. Вопрос о происхождении китойского населения и его соотношении с серовским и глазковским рассматривается и в совместной работе В.П. Алексеева и Н.Н. Мамоновой (1979). В ней также дается анализ серовских и глазковских краниологических серий из могильников Ангары и верховьев Лены и отмечается, что их сходство говорит об общности происхождения и отражает конкретный этногенетический процесс — переселение серовцев с р. Ангары на р. Лену, где в результате этого сформировался антропологический комплекс, характерный для глазковского населения.