Тайфуны с ласковыми именами. Умирать только в крайнем случае
- Автор: Райнов Богомил
- Серия: Эмиль Боев #7
- Год: 1994
- Язык: русский
- Год: ГЕРМЕС
- ISBN: 5-86750-027-6
- Переводчик: Алексей Степанович Собкович
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Тайфуны с ласковыми именами. Умирать только в крайнем случае». Краткое содержание книги:
В данном издании впервые в России собран весь легендарный цикл; Роман «Наивный человек среднего возраста» публикуется на русском языке впервые.
— А какая другая школа могла бы иметь место в такой области, как наша, Стентон?
— Вы ведь знаете, как издавна рекомендуется облекать железные кулаки в бархатные перчатки, — отвечает директор. — А старый Дрейк забывал это делать. И вообще предпочитал приемы грубого насилия.
— Означает ли это, что вы лично против насилия? — спрашиваю я с легким недоумением.
— И да и нет, — уклончиво отвечает Стентон. — В нашем мире, естественно, насилие неизбежно. Однако все зависит от формы. Я же сказал вам: железные кулаки — великолепная вещь, но нельзя пренебрегать перчатками.
Он умолкает и посматривает на меня слегка воспаленными глазами альбиноса, чтобы проверить мою реакцию. Потом, успокоеннный терпеливым вниманием, написанным на моем лице, добавляет:
— Мой принцип, сэр, заключается в следующем: деньги — это великая сила. Самая могущественная. Следовательно, ее вполне достаточно для применения власти. В таком случае нужно ли прибегать к кулакам или пистолетам, содержать таких паразитов, как Ал и Марк, и иметь неприятности с полицией? Когда человек знает, что в твоей власти заплатить ему или оставить голодным, он готов уважать тебя и без помощи Ала и Марка.
— Мне очень приятно констатировать, что ваши взгляды по данному вопросу весьма созвучны моим, — говорю я.
Эта декларация воспринимается Стентоном с восторгом, поскольку он стремился именно к этому: выразить такие взгляды, которые бы соответствовали моим.
Я решаю сменить тему.
— А тот факт, что полиция рылась в бумагах Дрейка… не создаст ли это известных затруднений?
— Финансовая документация, сэр, к счастью, находилась не здесь, а в кассе «Евы».
— А разве касса «Евы» не подвергалась проверке?
— В силу какого закона? — спрашивает Стентон. — Владелец «Евы», хотя и формально, я, а не Дрейк.
— Ага, значит, вы теперь владелец и по существу.
— Вашими бы устами, сэр, да мед пить.
— И поскольку зашел разговор об «Еве», мне хотелось бы спросить: не считаете ли вы, что отсутствие мисс Грей в какой-то степени снижает уровень программы?
— Разумеется! — восклицает Стентон с готовностью. — Хотите — верьте, хотите — нет, но я как раз намеревался вас спросить, не согласится ли мисс Грей снова вернуться к нам.
— Думаю, что согласится, — отвечаю я. — Она по натуре уступчива.
— Исключительно воспитанная дама.
— Так что, Стентон, спокойно занимайтесь своим делом, — обобщаю я.
— Да, естественно. Но из одного известного места мне намекнули, что в настоящее время шефом являетесь вы.
— Да, но только положение мое в какой-то степени сродни положению английской королевы: царствую, но не управляю. Так что, повторяю, спокойно занимайтесь своим делом.
Это последнее заявление уже окончательно приводит в восторг специалиста по финансовым вопросам, и он, угодливо поклонившись, ретируется из кабинета.
По правде говоря, этот кабинет действует на меня угнетающе. Я отдергиваю шторы, чтобы впустить немного света, но интерьер от этого не становится более приветливым. Мерцающий свет дождливого дня вряд ли может соперничать с сиянием хрустальной люстры. И потом, все в этом кабинете мне напоминает старину Дрейка, как Линде в ее квартире все напоминает Марка. И попробуй тут утешиться мыслью, что причина не в кабинете, а в воспоминаниях, связанных с ним.
Итак, с трудом дождавшись двенадцати часов, я направляюсь в заведение итальянца, где поглощаю отличный бифштекс с макаронами по-милански, который мне подносит в знак особого внимания сам содержатель ресторана. После этого я следую для небольших послеобеденных размышлений в родную «Аризону».
— О, мистер Питер! — радостно восклицает добрая Дорис. И добавляет с сияющим лицом: — Какие трагические события, а?
— Да, в самом деле, — бормочу я. — Но, к счастью, на вас лично они не отражаются. Наоборот, с каждым днем вы становитесь все более цветущей и соблазнительной. Я не раз говорил и готов повторить снова: здоровый дух в здоровом теле, — это вы, дорогая Дорис.
— Ах, вы ужасный льстец, мистер Питер, — восклицает женщина не без выражения удовольствия на лице. — И все же, какие события, а?
— Да, в самом деле, — соглашаюсь я. — События таковы, что и я, и вы теперь можем спать совершенно спокойно.
И чтобы подкрепить эти слова соответствующими действиями, я отправляюсь по лестнице к себе в номер.
«Принимайте корреспонденцию покойного и держите связь со мной», — сказал Мортон. Серьезное основание, чтобы торчать в кабинете на Дрейк-стрит, при условии, что корреспонденция может содержать в себе что-нибудь интересное.