Все расследования Шерлока Холмса [litres]

– Здесь что-то произошло, – сказал Холмс. – Этот мерзавец догадался о намерениях мисс Хантер и увел свою жертву.

– Но как?

– Через потолочное окно. Сейчас узнаем, как он это проделал. – Он подпрыгнул, ухватился руками за край окна, легко подтянулся и выглянул на крышу. – Так и есть, – раздался его голос сверху. – К карнизу прислонена высокая приставная лестница. Вот как он смог это сделать.

– Но это невозможно, – сказала мисс Хантер, которая вошла в комнату. – Когда Рукаслы уехали, никакой лестницы там не было.

– Он для этого вернулся. Я же вам говорил, это умный и опасный человек. Я не удивлюсь, если это его шаги я слышу на лестнице. Ватсон, я думаю, вам лучше приготовить револьвер.

Не успел он это произнести, как в двери возник человек, очень толстый и высокий. В руке он держал тяжелую палку. Мисс Хантер при его появлении вскрикнула и прижалась к стене, но Шерлок Холмс прыгнул вперед и встал между ними.

– Негодяй! – воскликнул он. – Где ваша дочь?

Толстяк обвел глазами комнату и остановил взгляд на открытом окне в потолке.

– Это вы скажите мне! – вскричал он. – Воры! Шпионы и воры! Но я вас поймал! Теперь вы у меня в руках. Ну, сейчас я вам покажу! – Он развернулся и, как мог быстро, выбежал из коридора, потом на лестнице загромыхали тяжелые шаги.

– Он пошел за собакой! – ужаснулась мисс Хантер.

– У меня есть револьвер, – успокоил я ее.

– Лучше все же закрыть парадную дверь! – сказал Холмс, и мы втроем бросились вниз по лестнице.

Но едва мы спустились в холл, как с улицы раздался собачий лай и вслед за ним – ужасный, полный отчаяния вопль, от которого у меня чуть не остановилось сердце. Откуда-то сбоку в холл, покачиваясь, шагнул немолодой мужчина с красным лицом и дрожащими руками.

– Господи! – воскликнул он. – Кто-то спустил собаку. Ее же не кормили два дня. Скорее! Скорее! Иначе будет слишком поздно.

Мы с Холмсом выскочили на улицу и побежали за угол дома, за спиной я слышал торопливые шаги Толлера. Нашим глазам предстала жуткая картина: Рукасл, хрипя и извиваясь, лежал на земле, а над ним, хищно вцепившись ему в глотку, стояло огромное чудище с черной мордой. Я подбежал к ним и выстрелил собаке в голову. Она повалилась на землю и замерла, но большие белые зубы продолжали сжимать окровавленные складки жира на шее жертвы. С большим трудом мы разжали челюсти собаки и отнесли изувеченного, но живого толстяка в дом. Мы положили его на диван в гостиной. Отправив протрезвевшего Толлера сообщить новость хозяйке, я чем мог попытался облегчить боль Рукасла. Мы стояли над ним, когда дверь комнаты распахнулась и вошла высокая сурового вида женщина.

– Миссис Толлер! – удивилась мисс Хантер.

– Да, мисс. Мистер Рукасл, когда вернулся, выпустил меня, перед тем как пошел наверх к вам. Ах, мисс, как плохо, что вы не сказали мне, что собираетесь делать, ведь я могла предупредить вас, что вы только зря потеряете время.