Мир Аркамуна. Падение королевств

– Где здесь ближайшее поселение?

Смотря в злые глаза девушки, он понял, зачем она это спросила.

– Либо ты мне скажешь сам, либо я пойду искать самостоятельно. И даже ты меня не остановишь.

Сетт стоял и боролся с собой. В конце концов, когда крики затихли, он указал направление и добавил.

– Я не буду убивать жителей. Я здесь для того, чтобы не умерла ты.

Рин посмотрела на него уже смягчившимся взглядом, в котором все так же читалась решимость.

– Они хотели монстра, они его получат. И пойми уже наконец, дальше будет только хуже.

– Войны не меняются никогда – ответил он ей.

– Это не война, это истребление, осознанное и целенаправленное. И я не собираюсь сидеть и смотреть, как нас начнут вешать под крики толпы. А поверь, до этого дойдет.

– Но разве, придя в поселение эльфов и вырезав его, ты не приблизишь этот момент?

Рин дернулась, как от пощёчины.

– Да, ты был рабом. Но тебе не понять, что такое быть темным. Тебе не понять того, что каждый, у кого другой цвет глаз считает, что ты лжец и думает, что он чуть ли не твой хозяин. Что во всех бедах винят именно тебя!

Сетт смотрел на нее и не верил происходящему.

– Откуда в тебе столько ненависти и злости? – ошарашено спросил он.

Уходя в темноту и оставляя его одного, она ответила:

– Она была всегда. Просто ты ее не замечал.

Сетт догнал девушку и остановил ее.

– Остановись пока не поздно. Плевать на все, давай просто уйдем.

Рин повернулась к другу. Стоило ей услышать эти слова, как она поняла истинную причину его возвращения.

– Сетт, ты меня любишь, но я не способна принять твои чувства. И не хочу отступать. Посмотри на всех этих королей и их шавок. Они почувствовали себя богами всего мира. Я собираюсь не просто отомстить, теперь я хочу показать всем, что как бы высоко они не забрались, все мы смертны.

Он отошел от нее и достал меч.

– Та, которую я любил – мертва. Она осталась гнить в том гребаном мертвом королевстве. И я не позволю тебе уничтожать имя той, кто дала мне все, что я имею.

Он стоял напротив нее, держа оружие двумя руками и готовясь к битве.

Рин положила руку на рукоять меча и тихо прошептала:

– Не заставляй меня.

– Тебя никто не заставляет. Я показываю тебе, что твой путь неверен. Что ты ошибаешься. Ты же не желаешь слышать.

– Уйди с дороги… – повторила девушка.

– Нет! – рявкнул Сетт.

– Я не позволю тебе стать монстром, которым ты никогда не хотела стать.

Роняя одинокую слезу из глаз на землю, Рин достала меч и, скрестив его с мечем Сетта, прошептала:

– Да будет так.

Стоя друг напротив друга со скрещенными мечами, они смотрели друг другу в глаза. Никто из них не хотел первым начинать бой. Более того, они оба знали, что сейчас этот бой не принесет ничего хорошего.

– Я узнал что хотел.

Сетт убрал свой меч.

– Ты уперлась и тебя не переубедить. Иди своим путем, но знай, как только ты дойдешь до конца и поймешь, что была не права, я приду. Я приду, чтобы забрать твою жизнь и упокоить ту, что уже мертва.

Сказав эти слова, он развернулся и ушел. Рин стояла так несколько минут, пока не пошел дождь. Выронив меч из рук, она посмотрела на ночное небо и закрыла глаза, чувствуя, как капельки дождя капают на ее лицо и стекают по нему. Она не могла точно сказать, сколько так простояла, но в конце концов девушка прошептала: