Мертвая голова [litres]

– Знакомься, Флинн, это Ариадна – хранительница всех дорог Потусторонья, – произнесла Хольда.

– Как? Та самая, из путеводителя? – изумился Флинн. Он почему-то и представить себе не мог, что у Ариадны где-то есть подобие тела: для него она всегда была просто голосом, подсказывающим, куда идти.

– Да, та самая. Без Ариадны нам никак не обойтись. Она с помощью своих нитей привяжет нас к Потусторонью: только так мы сможем покинуть его.

– Но ты же говорила, что таких, как мы, мир живых принимает с распростертыми объятиями.

– Мы не должны терять связь с Потустороньем, иначе мир живых может взять нас в плен, а это чревато…

– А нити не помешают нам передвигаться? – Флинн представил себе, как золотые нити опутывают все улицы Инферсити, превращая город в паучье гнездо.

– Нет, они умеют проходить сквозь препятствия. – Хольда повернулась к Ариадне спиной и подняла темно-рыжие волосы, оголив шею. – Ариадна, привяжи меня к миру мертвых.

Медная голова перестала вращаться, и одна из нитей осторожно, точно питон, боящийся спугнуть свою жертву, подползла к Хольде и стремительно вцепилась в ее шею. Девушка даже не вздрогнула; она опустила волосы, слегка пригладила их и поправила черную замшевую куртку.

– Твоя очередь, – сказала она и уступила свое место Флинну.

Прочистив горло, он сделал неуверенный шаг, встал точно там, где только что была Хольда, и повернулся к Ариадне спиной.

– Ариадна… – Флинн запнулся, от волнения забыв нужные слова.

– Привяжи меня к миру мертвых, – терпеливо подсказала Хольда.

Флинн выпрямил спину и уже более уверенно произнес:

– Ариадна, привяжи меня к миру мертвых.

Он не видел, как к нему подползала сияющая нить, но почувствовал ее на расстоянии. Его голова против воли наклонилась назад; ледяная игла проткнула шею, и знакомый холод растекся по венам. Тот же холод царил и в костяном коридоре резиденции Смерти. Флинн будто оказался на вершине горы, где свирепствовал буран.

– А почему тебе не холодно? – стуча зубами, спросил Флинн.

– Опыт, – сказала Хольда, пожав плечами. Она залезла во внутренний карман своей куртки и достала серебристую флягу с выгравированным на ней кроликом. – Выпей, это поможет согреться.

Он трясущейся рукой взял флягу, кое-как открутил крышку и сделал глоток. Внутренности обдало таким жаром, словно где-то в районе его живота растопили камин. Изо рта повалил дым, и когда Флинн закашлялся, то к дыму присоединились еще и оранжевые искры.

– Круто, да? – заулыбалась Хольда. – Ты только не увлекайся, а не то и самовоспламениться можно, – предупредила она, забирая флягу.