Сферы влияния (СИ)

Одевшись и внимательно вглядевшись в зеркало, Грейвз счёл свой вид удовлетворительным и поспешно покинул комнату. Гермиона шмыгнула следом за ним сначала по лестнице вниз, потом — наружу через дверь, и, наконец, в машину.

Это было страшно — забираться на сидение, где на неё в любой момент могли наткнуться, — но упустить шанса было нельзя. Если она правильно уловила ход его мыслей, он собирался на встречу с Рудольфом, и на этой встрече можно было попробовать переменить ситуацию в их пользу.

Грейвз — целиком и полностью человек старшего Холмса и предан ему до мозга костей, но его преданность основана не на уважении и даже не на благодарности, а на любви. Сцепив зубы и надеясь не выдать своего присутствия, одновременно с этим не покидая сознания Грейвза, Гермиона напряжённо размышляла. Идея лежала на поверхности, буквально крутилась под носом.

Шофёр слишком резко затормозил на переходе, Грейвз прошипел сквозь зубы:

— Болван! — а Гермиона едва сдержала восклицание. Кажется, она только что поймала идею за хвост. И это, безусловно, была худшая идея на свете.

Если Грейвз поддерживает Холмса из любви — надо было разрушить эту любовь, вызвать в нём жажду мести. Но Гермиона приходила в ужас при мысли о том, что должна будет сделать это. Да, ей не нравилось даже думать о том, что мужчина может испытывать к мужчине романтическую привязанность, однако любовь, какой бы она ни была, всегда казалась Гермионе очень важной, ценной. Она не успела вполне ощутить угрызения совести — тихо качнувшись, машина остановилась на Мерилебоун-роад. Грейвз вышел на улицу, и Гермиона выскочила следом и, не обращая внимания на мелкий дождь, пошла за ним — к дверям роскошного ресторана. Швейцар чуть поклонился Грейвзу, впуская его внутрь, и едва не прищемил невидимой Гермионе плечо.

Это был ресторан того уровня, который Гермионе всегда казался недоступным. Даже имея достаточное количество денег, чтобы заплатить за ужин здесь, она едва ли осмелилась бы зайти внутрь: её пугали швейцары, богатая обстановка, бокалы из тонкого хрусталя и официанты во фраках.

Грейвз, напротив, чувствовал себя здесь очень комфортно — он, почти не останавливаясь, скинул на руки подлетевшему к нему мужчине тяжёлое и успевшее немного намокнуть пальто и сообщил: — Меня ожидает мистер Холмс.

Возможно, Гермионе показалось, но на лице мужчины — по-видимому, метрдотеля или администратора, — промелькнуло странное выражение, близкое к испугу, и он, споро передав пальто одному из официантов, жестом предложил Грейвзу следовать за ним — по широкой лестнице в небольшой уютный кабинет, отделанный красным деревом. За накрытым на две персоны столом уже сидел Рудольф Холмс.

Вживую этого человека Гермиона видела впервые и была удивлена — он не производил сильного впечатления. В нём отсутствовала пугающая холодность Майкрофта, не чувствовалось и обаяния гениальности, присущего Шерлоку. Рудольф выглядел совершенно обычным — ничем не лучше и не хуже нескольких сотен, а то и тысяч офисных работников, обитающих в Лондоне и носящих чёрные костюмы.

После того как администратор впустил Грейвза и, деликатно прикрыв за собой дверь, ушёл, Рудольф встал из-за стола, аккуратно промокнул рот салфеткой — и в тот же момент Грейвз преодолел разделявшее их расстояние в несколько футов и прижался губами к его губам. Гермиона едва не охнула и была вынуждена закусить руку, чтобы не быть услышанной. Нужно было принимать решение — прямо сейчас. Воздействовать на самого Грейвза было не только бесполезно, но и опасно: Рудольф умён, если он поймёт, что его возлюбленный ведёт себя неестественно, он легко догадается о магическом вмешательстве. Воздействие на своё сознание он тоже, вероятнее всего, сумеет разгадать — особенно существенное. Но вот едва ощутимое — вряд ли.

«Мордред, — пробормотала она беззвучно, — хватит уже. Сделай то, что должна!».

Лёгкий «Конфундус» ударил в висок Рудольфу, и тот отшатнулся в сторону, на лице его возникло неприятное брезгливое выражение, и он спросил резко: — Новые духи? Чудовищный запах.

Брови Грейвза приподнялись вверх, и он уточнил: — Ты нездоров? — Я в полном порядке, — Рудольф опустился обратно и предложил: — Пообедаем?

Грейвз сел напротив него, явно удивлённый, но быстро взял себя в руки и принялся отдавать должное обеду, демонстрируя при этом великолепные манеры и ни на мгновение не сомневаясь, куда положить чистую льняную салфетку, как брать винный бокал и как достать устрицу из раковины. Рудольф, некоторое время сидевший всё с тем же недовольным выражением лица, которое появилось у него после заклинания, вскоре пришёл в себя и тоже приступил к обеду, а Гермиона коснулась пальцами кулона-портала и перенеслась ко входу в Министерство, откуда со всех ног, едва успев сбросить дезиллюминационное заклятие, кинулась в кабинет к Тревису, у которого обосновались и работающие над проектом невыразимцы.