Пришедшие с другой стороны (СИ)

- Вот и отлично. Федул, пока поживешь у Мирона в бане. Как сил наберешься, то сразу отвезу тебя к родителям. За домом будешь следить, с отцом в шахматы играть, ну и моей маме помогать. Договорились?

- Спасибо, Хозяин. Я на такое даже не рассчитывал: на свой дом со своими хозяевами, которые меня привечают. Только я быстро захирею там. Не обижайся, я поеду в любом случае, но буду тогда обузой.

- Ничего не будешь. Не говори ерунды! Я с родителями часто встречаюсь, а раз такое дело, то будут они ко мне в гости чаще ездить, ну и тебя с собой брать. А это, думаю, раза два-три в месяц будет. Поэтому и Силы здесь будешь набирать, пока они у меня в гостях. Так ведь пойдет?.. Ну, по рукам? – протянул Михаил руку Федулу.

Тот удивленно посмотрел на руку Хранителя, подошел к нему и очень осторожно пожал её. После чего просто расцвел, прекратил мерцать, а его тело стало уплотняться на глазах. Федул неожиданно понял, что после рукопожатия его энергетическая сущность напиталась большим количеством Силы: «Силен, Хозяин!» - крякнул Федул про себя.

Между духами не практиковалась передача Силы, да и среди одарённых. А тут Хранитель вкачал в него просто ошеломительное количество Силы, которое Федул бы только дней за пять и получил бы здесь…

- Мальчики и девочки, пора ужинать, - вдруг заявила мама, уже успевшая заняться готовкой еды вместе с Клушей и Минькой.

Правда помощь Клуша можно было назвать номинальной, т.к. она больше рядом стояла, чем помогала, явно напрашиваясь на ласку. На что Минька возмущенно пыхтел, но работал за двоих: быстро подавал все кухонные предметы маме, тут же мыл посуду, когда она уже была не нужна. С таким помощником мама управилась очень быстро.

Все быстренько уселись за стол. Федула за него почти насильно усадил Мирон, посадив рядом с собой. Потом насильно дал ему в руки блюдце со сливками, а потом еще и чай с вареньем и печеньками.

- Мирон, так же нельзя! – шепнул Федул Мирону на ухо, когда люди уже поели щи, котлеты с пюре и приступили к чаепитию. – Нельзя с Хозяевами за одним столом сидеть!

- Мне на это было сказано, что раз он здесь Хозяин, то он здесь правила и устанавливает! - отшептался в ухо Федулу Мирон. – Не зли его! Он сильнее прошлого Хранителя в несколько раз, а это был его дед. Надеюсь ты его еще помнишь…

Федул испуганно посмотрел на Михаила, который в этот момент препирался с Василием, который наконец вернулся с улицы. Даже неожиданно рано, не как обычно. Стрескал по блюдцу сливок и молока. После чего залез на спинку дивана и смотрел на всех оттуда сонными прищурившимися глазами.

Он вяло отбрехивался от претензий Михаила по поводу утренней побудки и проникновения в спальню, а также постоянных уходах из дома. Не то, чтобы кому-то было интересно, где он шляется. Просто часто он возвращался поздно и всех, как правило, будил. У Михаила возникало ощущение, что он это специально делал.

- Что ж ты за кот, если в дом проникнуть тихо не можешь?! - корил его Михаил, которому, если честно говоря, надоело прерывание его сна котом. Если дело было вечером, то он вечно возвращался через форточку в окне большой комнаты, которая не закрывалась. Ронял цветочный горшок, который стоял на подоконнике, просыпая землю на пол. Минька, конечно, возвращал всё назад, но падения горшка продолжались с завидной регулярностью.

Василий настаивал на кошачье свободе и требовании соблюдать его кошачьи права и свободы. Которые утверждены Венской конвенцией – по его заявлениям! На такие наглые слова и передергивание фактов по поводу кошачьих прав в Венской конвенции, кот заявлял, что это и так понятно.

Просто люди еще не доросли, но когда-нибудь этот святой день для кошачьих настанет. Требовал к себе отношения, как в своё время египтяне с кошками обращались. На что получал ответ, что получит тапком и будет лишен молочной продукции. А кот утверждал, что может и на мышах прожить. А лишение его молочной продукции является нарушением его кошачьих прав и свобод. Потом спор шел на новый круг…

- А почему он его просто не приструнит? – тихо спросил Федул у Мирона.

- Не знаю, может ему нравится это… Но они так почти каждый день спорят, - пожал плечами Мирон.

- Странный у тебя хозяин… - смотрел Федул на Михаила, который в этот момент гладил кота - успевшего незаметно для всех переместиться на колени Михаила. Тот уже поел и пересел к закончившему ужин отцу, сразу севшим за шахматную доску. Михаил так заинтересовался позиций на «поле боя», что не обратил на наглую оккупацию его коленей котом.

- И не говори, но сам понимаешь, что это не от нас зависит… выбор Хозяина. Ты еще про ведьму новую не знаешь.

- В смысле, новая? Я думал Агриппина умерла, её уже куча лет было, когда я в спячку лег. И…

- Умерла, и давно. Эта какая-то её прапрапраправнучка, стала ведьмой, после того, как ты в спячку лег. Правда хозяину наплевать, что она здесь, - перебил его Мирон, - он у неё молоко и сливки покупает. Сам понимаешь, мы тогда не можем к ней что-то предъявить, раз он спокойно к этому относится.

- Всё равно за ней пригляд нужон, вдруг чего, - нахмурился Федул.

- А то! Я за ней присматриваю, водяной и леший глаз с неё не спускают. Правда … хм… Хозяин про них знает, но разрешения им жить не давал.