Калейдоскоп снов

— Это уж точно, — согласился один из ксенозоологов и посмотрел на других учёных. — Нам нужно срочно что-то сделать!

— Пусть четверо из вас, мужчины посильнее, немедленно возвращаются на нашу поляну, — торопливо продолжил кибернетик. — А я тем временем постараюсь самостоятельно утихомирить буяна. Не думаю, что мне удастся с ним справиться, но других вариантов нет. Я не могу просто наблюдать, как он здесь неистовствует.

— Ладно, мы сейчас же отправляемся к тебе на помощь, — заявил Альберт и взглянул на Мигеля, который в ответ утвердительно закивал.

— С вами пойдут ещё два человека, — быстро добавил начальник экспедиции и выбрал из трёх оставшихся мужчин довольно крепкого ксенозоолога и высокорослого геодезиста. — Только будьте поаккуратнее с инженером-механиком. Просто успокойте его и свяжите, если он начнёт снова буянить. И не забывайте поддерживать с нами связь.

Держа в руках парализаторы, четверо исследователей побежали по ранее прорубленной в зарослях просеке обратно в лагерь. И на этот раз весь их путь занял не больше пятнадцати минут. Однако помощь прибыла слишком поздно…

Планетолёт с открытым входным люком и спущенным трапом стоял в дальнем конце поляны, а возле него неподвижно лежал кибернетик Лурье. Защитный барьер по всему периметру лагеря был отключён, а его энергосиловые кабели и блоки разрублены и разбиты.

В центре разгромленной стоянки среди искорёженной аппаратуры, разбросанных вещей и обрывков палаток прямо на земле сидел виновник всего случившегося. Не обращая внимания на пришедших людей, инженер-механик держался руками за голову, будто она у него сильно болела, и тихо мычал.

Альберт с мексиканцем сразу же бросились к Лурье, у которого над ухом виднелась небольшая кровоточащая рана, оставленная каким-то твёрдым тупым предметом. К счастью, он был жив и только потерял сознание — очевидно, Вильям оглушил его.

Предчувствуя неладное, Альберт заглянул в салон катера и обнаружил там не меньший разгром, чем в лагере. Пульт управления и обзорный экран были разбиты, мягкая обивка с кресел содрана, а рядом на полу валялись личные вещи ученых, выпотрошенные из сумок. Планетолёт требовал срочного ремонта, однако им могли заняться только Лурье и Бил, которые сейчас были недееспособны.

Оставив инженера-кибернетика на попечение Мигеля, Альберт подошёл к другим учёным и присел возле механика. Затем потряс его за плечи и громко спросил:

— Ты меня слышишь, Вильям? Отвечай!..

— Да-а, — тихим сдавленным голосом пробормотал здоровяк, мотая головой.

— Зачем ты всё это натворил?

— Не знаю… Я ничего не помню. Почему вы уже вернулись?

— Расскажи, что здесь произошло! — продолжал настаивать Альберт.

— Да ничего особенного. Просто голова сильно разболелась, — голос Билли становился всё твёрже и увереннее. — После того, как я развернул наш лагерь и активировал по его периметру защитный барьер, мне захотелось отдохнуть. Но когда я прилёг на спальный мешок возле контрольного пульта, то незаметно задремал. А потом у меня появилась резкая головная боль, и я проснулся… Да, я почувствовал сильную боль и проснулся уже посреди этого страшного бардака, но сразу заметил…