Не ходи к гадалке, Лиззи!

***

Кэб нещадно трясло по рытвинам и ухабам, и Лиззи, молчавшая всю дорогу, почувствовала себя неуютно в присутствии жениха. Он, весь такой чистенький, опрятный, — и она, в заляпанной травой и землей юбке и грязью под ногтями. Времени, что бы заехать домой и переодеться, не было. Лиззи отвернулась к окну, поглядывая на пыльные мощеные улочки города и искоса бросая взгляды на сидящего напротив мужчину. тот нервно мял в руках платок, то и дело прикладывая его к потеющему лбу, и смотрел на нее, словно хотел о чём-то спросить.

Лиззи в волнении сжала ручку ридикюля. Если подумать, они впервые так надолго остались наедине. Да, у них были совместные прогулки по саду, танцы, во время которых они поддерживали светскую беседу, и даже подобие переписки — последняя, правда, закончилась на втором письме, толком не начавшись. Но тогда за ними был родительский присмотр.

А сегодня никакого надзора! Вдруг Остину надоест держаться в стороне, и он решит проявить симпатию? Помолвка была его инициативой, и Лиззи тешила себя надеждой, что нравится будущему мужу. Хотя в последнее время верилось в эту сладкую догадку всё меньше.

— Не хочешь ни о чем меня спросить? — не выдержала девушка напряженного молчания. Он забрал ее с места преступления. Неужели ему неинтересно, как она там оказалась?

— ты действительно беcстрашная, — признал Остин с долей удивления. — Когда со мной связался посыльный от Габриэля, я места себе не находил. Думал, придется приводить тебя в чувство, нюхательные соли взял. — Он вытащил из кармана и продемонстрировал крохотный флакончик. — А ты такая спокойная. Не боишься, что там мог быть убийца?

Лиззи пожала плечами. Ей не впервой было совать нос в расследования. Чуточку страшно, но она ничего не могла сделать с неуемным любопытством, толкающим лезть в очередную авантюру.

— там же полиция кругом, да и Габриэль за мной присматривает. Что может случиться?

— Всё что угодно! тебя могли столкнуть со скалы, похитить, что бы шантажировать Габриэля! твой брат не всесилен и, к сожалению, имеет слабые места. Если бы преступник решил тобой прикрыться?

— Хочешь сказать, я — слабое место?

— О тебе хочется заботиться, Лизетта, — улыбнулся ей Остин и тут же испортил всё впечатление: — Но я попрошу тебя не лезть в это дело. — Он потер гладкий подбородок.

— ты о чем?

— Прошел слух, что из воды достали рамолку, а знакомство с рамолами до добра не доводит, — нравоучительно заметил он. — Мне доводилось пересекаться с этой братией. Ворюги и мошенники. Не хотелось бы, что бы моя невеста общалась с таким отребьем.

Его слова неприятно царапнули слух.

— Я бы не спешила грести всех под одну гребенку, — заметила она, поджав губы. точь-в-точь, как делала миссис Уоллис, когда сердилась.

— Похоже, тебе заговорили зубы. — Остин посмотрел на нее едва ли не сочувственно. — Не смущайся, это бывает почти со всеми. рамолы такой народ, что мертвого разговорить могут, а живого уговорят отдать всё до последнего медяка. Нет-нет, не спорь, я вижу, что тебе не нравятся мои слова, но это правда, — он развел руками.