Тьма сильнее тени (СИ)

Сестра пару минут без всякого выражения смотрела на Рюрика, а потом схватила его за руку и выпалила:

- Пойдем! Ты должен кое-что увидеть! Пожалуйста! Сам поймешь!

И Ольга уволокла его в свой кабинет. Внутри она быстро включила на компьютере какое-то видео. На экране возник Волконский. Он был в неизменной черной рубашке с высоким горлом, без шляпы, и по его лицу невозможно было что-либо понять.

- Рассказать о первой жертве? - спокойно переспросил Волконский, - Семен Александрович Тарасов. Палач. Стаж работы - пятнадцать лет. На одном из ночных дежурств, три года назад, он видел, как насиловали девушку. Тарасов был свидетелем, но не донес в полицию на преступника, хотя определенно узнал его. Насильник имел достаточное влияние в обществе, и они смогли договориться. Как раз три года назад Тарасов купил себе мерседес. Я выследил его в одиннадцать часов вечера, шестого марта, он возвращался с работы. Я распылил раствор белладонны - в нужных пропорциях он вызывает сонливость и слабость всех членов, затем спрятал бессознательное тело в багажник угнанного автомобиля и поехал в складское помещение на Урицкого. Я каждый раз арендовал новое. Потом я задушил Тарасова. И да, у меня травмирована левая рука, хотя она у меня основная, рабочая. Посмотрите, синяков на правой стороне шеи больше. После наступления смерти я аккуратно извлек у Тарасова глаза и, спустя время, скормил их голодным кошкам у набережной. Хоть где-то они пригодились! Ну а тело я доставил на квартиру жертвы, не забыв сложить руки у него на груди крест на крест. Почему именно скрещенные? Элементарно! Это же закрытый жест! Все жертвы что-то утаивали, и это привело к бедам других людей.

Рюрик молчал, сестра, не нарушая тишину, открыла второе видео.

Волконский на нем был также строг, спокоен и безэмоционален.

- Сообщники? - поднял брови Евгений, - Я работал один. Хотя, конечно, в некоторых случаях мне помогали. Но не по своей воле. Видите ли, я сын вождя общины. Я вожак по крови. У них не было выбора. Когда я приказываю, оборотни впадают в транс и подчиняются. Несмотря на то, что меня изгнали из общины за неадекватное поведение, я имею большое влияние. Таким я родился. Я истинный антрацитовый.

- Что-то еще? - когда ролик закончился, поджал губы Рюрик.

Сестра, раздувая ноздри, запустила третье видео.

Волконский на нем чуть изменил позу - опустил подбородок на скрещенные перед собой руки. Но он был все также расслаблен.

- Спрашиваете, почему я начал убивать? - хмыкнул Евгений, - Все очень просто. Из-за отца. Он погиб почти восемь лет назад. По вине Палачей. Он не был замешан ни в одном преступлении. Папа имел доброе и храброе сердце. Он был лучшим вожаком, которого только можно придумать. Восемь лет назад молодой, еще даже несовершеннолетний, оборотень из нашей общины слетел с катушек и стал нападать на людей. Отец пытался вернуть его в семью, направить на путь истинный. Осенью, в один из солнечных вечеров, тот оборотень снова сбежал. Папа бросился за ним, чтобы он не совершил непоправимого. Они наткнулись на Палачей. Те не стали разбираться - бросили пару килограммов взрывчатки, и от них не осталось даже костей. Те Палачи просто убили невинного. Я не имею ничего против вашей братии, в целом. Некоторые из вас весьма достойные люди. Я просто хотел показать, что и на солнце бывают пятна. Что нет святых. Что иногда Палачи не жалеют и своих… Не жалеют людей. Они жестоки, и наказывать их надо жестоко.

Сестра закрыла видео и выжидательно уставилась на Рюрика.

- Не верю, - рыкнул сквозь зубы Палач, - Волконский не виноват! Он врет! Пусти меня к нему!

- Он не врет, Рюрик, очнись! - воскликнула Ольга, - Мы проверили мотив Волконского! Его отца, на самом деле, убили по нашей вине! Ему есть за что мстить! Я не пущу тебя к маньяку-убийце! Он запудрил тебе мозги, ясное дело! Господи, только, пожалуйста, скажи, где сейчас Царь с Халифом! Возможно, мы сможем спасти их!

Рюрик, не дослушав сестру, просто оттолкнул Ольгу с дороги и бросился со всех ног из ее кабинета. Хоть бы Волконского сейчас допрашивали! У него не было времени искать его в камерах предварительного заключения!

И Рюрику повезло. Евгений сидел в комнате для допросов. Сквозь толстое стекло было видно, как он располагался за столом, а над ним склонились два Палача.

Князь буквально сбил с ног охрану у дверей и ворвался в помещение.

Палачи, допрашивающие Волконского, дружно отлетели в сторону. Рюрик, не теряя времени, схватил Евгения за грудки.

- Какого хрена ты признал чужую вину? - завопил Палач, активно потряхивая оборотня, - Ты совсем с катушек слетел?!

Евгений, кажется, и не заметил, что Рюрик вцепился в него мертвой хваткой.

- Потому что это вина не чужая, а моя, вот и признал, - тонко улыбнулся Волконский.

Палачи рядом замерли, не зная, разнять их или подождать, чем эта баталия закончится.

- Не пизди тут мне! - прорычал Князь оборотню в лицо, - Ты никогда бы не убил человека! Если только защищая свою или чужую жизнь! Я знаю тебя!

Волконский сощурил глаза и поджал губы. В чертах его лица проступило что-то адское, волчье, злое. Казалось, он сейчас бросится на Рюрика.