(не) беги от меня, малышка
- Автор: Анина Татьяна, Зайцева Мария
- Язык: русский
- Жанр: Короткие романтические романы
Электронная книга - «(не) беги от меня, малышка». Краткое содержание книги:
Сидит сейчас за своим роскошным рабочим столом, массивным таким, из ценных пород дерева…
У него вообще все в кабинете массивное. Тяжёлое.
Особенно взгляд его.
Каменный. Жёсткий. Внимательный.
Зачем ты так смотришь на меня?
Не смотри. А то я начну думать, что ты меня помнишь.
Неунывающая героиня
ХЭ
– Не покажется.
Я мог бы тебе, малышка, рассказать, что далеко не всегда был таким респектабельным мужчиной, привыкшим к элитным сортам кофе.
В юности, когда бунтовал против отцовской , как мне казалось, тирании, ушел служить, попав сразу же в интересное такое место, которое нисколько не горячая точка, нет. Но двухсотые и трехсотые оттуда шли регулярно. Там я приучился пить все. Растворимый кофе был за роскошь и кайф.
И потом, когда работал в МЧС и жил в общаге… Тоже было интересно. И весело.
Странно, сто лет я не вспоминал этого, а за последние три дня уже пару раз точно было. Старею, что ли?
На рассказы о молодых годах потянуло?
Лада возится с чайником, действительно делает кофе!
Ну что ж… Попьем, я не против. В этот раз никакой ты инициативы от меня не дождешься. Я, конечно, далеко не дурак, хотя по последним событиям этого не скажешь, конечно… И прекрасно понимаю, зачем ты меня позвала. Хотя стоп! Тут поправка! Не понимаю! С такой , как ты, ничего не может быть логичным и очевидным!
А потому, не форсируем, Алексеев. Надеемся, но не ожидаем.
Просто пьем кофе.
Рассматриваю интерьер номера. А то в прошлый раз как-то не до того все было.
Все мило, стандартно. На столе стоят в вазе гипсофилы. Надо же… Не выкинула. Приятно.
– Вот, пожалуйста. Сахар, сливки…
– Черный просто.
Ставит передо мной чашку, садится напротив, морщится от боли.
– Врач мазь выписал?
– Да, – кивает, осторожно пригубливает кофе, облизывает губы.
Я зависаю.
Зря на кофе согласился, наверно… Это же мучение. Но и отказаться – не вариант.
– Охлаждающий гель дал с собой.
– Ну так надо намазать, там, насколько я помню, чем чаще в первые сутки, тем лучше.
– Да, конечно, потом намажу…
Я вспоминаю место удара – сзади, чуть ниже ягодицы, на бедре. Не особенно доступное место. Это еще изогнуться надо…
– Помочь, может?
Вопрос вырывается прежде, чем я обдумать его успеваю. Просто мы так сидим странно. После всего, что произошло между нами, после всех эмоций… Это реально странно. И ее поведение – тоже. Я только поддерживаю ее в этом безумии.
– Нет, – она краснеет даже, – ну что вы? Это неудобно…
– Согласен, неудобно самой. Давай помогу.
Она молчит. Смотрит на меня своими оленьими глазками. Со страхом, напряжением и… ожиданием? Ты хочешь, чтоб надавил? Тебя это заводит? Ну так я же только помажу. Прошел накал, извини, малышка.
Но все же додавливаю, не могу отказать, пойти против инстинктов:
– Иди, раздевайся.
И она идет. Реально идет в ванную, а я остаюсь сидеть чуть ли не с челюстью отвисшей. Ого…
А все интересней и интересней…
И отдельный кайф во всем этом – мое отношение к происходящему. Без накала, без бешеной звериной похоти.
Кристальнее, ярче все. Правильней.
Она выходит из ванной, полностью укутанная в огромный банный халат. Ни одной части голого тела, кроме шеи, идущей пятнами, красных щек и розовых ступней. В руках крем.
Вот это представление. Нужно вспомнить, что я правильно сделал. Хрен теперь вспомнишь, а понять вообще невозможно.
– Ты ляжешь? Или стоя?
– Я… лягу, наверно…
Ложится на кровать, отворачивается от меня.
Медленно задираю вверх халат, выше, выше… Скольжу пальцами по гладкой коже. Ничего лишнего себе не позволяю… Ведь так?
Синяк такой нехилый у нее, уже начинает из красного переходить в синий с лиловым. Наношу холодный гель. Вздрагивает всем телом, выдыхает.
Размазываю, втираю, аккуратно и нежно. Лежит. Дышит. Голову отвернула, не смотрит на меня.
Случайно касаюсь пальцами выше, дотрагиваюсь до ягодицы. Замираю. И она, кажется, тоже.
Ну что, Лада, сейчас ты должна меня выгнать. Завизжать, начать кричать, что я – маньяк и насильник.
Что ты вообще не это имела в виду…
И тогда я окончательно пойму свою правоту и то, что верно классифицировал тебя в сержантской градации от честных давалок до приличных женщин. Там много пунктов было, но бабы «с ебанцой» выделены в отдельный класс.
Но она молчит. Не поворачивается, правда, но и не выскакивает из номера с криками: «Насилуют!».
Еще раз провожу пальцами по упругой заднице. Ух, как горячо! Да это, мать твою, гораздо горячее, чем то, что я делал раньше с ней!
Я же тоже так вот добирался уже до сладкого, но это все по-другому было! В диком угаре, в треше!
А сейчас… Я словно дикую норовистую лошадь укрощаю. Одно неверное движение – и копытом в лоб.
Но, если покорится… Нет большего кайфа.
Двигаюсь дальше, прямо к промежности, прикрытой маленькими трусиками. Вздрагивает опять. Не двигается. Еще раз. Посильнее, понаглее. Пальцами вверх и вниз. Сдавленное аханье. Влажные пальцы.