Герцогиня. Восход звезды [СИ]

− Не тронь Шанти! Хорошо, уговорила. Держи свое перо — принц протянул девушке легкое изящное иссини-черное перышко. — Что еще, Ники?

− Да. Будешь контролировать процесс, если мне понадобиться вольешь немного своей. Я студентка-первокурсница заклятие такой силы могу и не потянуть, но буду очень стараться. Поэтому, прошу, подстрахуй.

− Хорошо. Подстрахую. Проводи свой ритуал, − тяжело вздохнув, согласился Арриан.

Алайз обворожительно улыбнулась и сосредоточенно зашептала слова заклинания «Vairis is osiris». Содержимое пробирки зашипело, побежало по длинной трубке, изменяя цвет с синего на болотно-зеленый, затем стекает в колбу с кровью, том смешивается и по витиеватой трубке бежит в другую колбу; а принцесса в это время осторожно вливает в заклятие силу и содержимое меняет цвет на желтый, начинает шипеть и бурлить, переливаясь в колбу с пером. На этом участке требуется особенно много силы и сосредоточенности, чтобы все получилось так, как задумывалась, но Николлета справляется — перо побелело, а эликсир стал рыжеватым, затем снова проходит по спиралевидной трубке и на выходе приобретает приятный розовый оттенок, что говорит о грамотно проведенном ритуале.

− Риан, ты это видишь! — воскликнула Николетта от переполняющего ее счастья. — Риан, у меня получилось! — девушка светилась изнутри, ее глаза блестели, а на губах растянулась довольная улыбка.

Принцесса перелила зелье в красивый хрустальный бокал на витиеватой ножке и протянула его девушке, скромно сидящей в углу каменной комнаты и внимательно наблюдающей за всем происходящим. Она отметила и как дрожат руки принцессы, и как лихорадочно блестят ее глаза, и то, что Арвэль Арриан не одобряет затею свое сестры, но закрывает глаза на ее маленькие шалости, ничего не укрылось от пустого взгляда пленницы. Девушка одним глотком осушила бокал и эротично облизнула губы. Каким-то образом умудрилась расстегнуть застежки платья, обнажая спину с отметиной Арахниды и застыла изваянием, закрыв глаза. Она представила, что где-то в районе солнечного сплетения загорелась искра, как она — эта искра — разгорается, превращаясь в смертоносное пламя, и как оно бушующие пламя отдает ей свою силу. Как эта сила пробегает по всему ослабленному до нулевого уровня силу, теплом заполняя каждую клеточку, возрождая ее из пепла. А когда она открыла глаза, то взгляд ее был тяжелым и пронзительным, на щеках заалел румянец, сама она вся распрямилась, гордо вскинула голову, раскрывая за спиной два больших крыла: одно — черное, другое− белое. Девушка кровожадно улыбнулась, произнося в звенящей тишине: