Война солнца [litres][The Solar War]

В самом его конце – широкая лестница. По ней я спускаюсь в темноту и, оказавшись на дне, замираю на достаточно долгое время, чтобы мои глаза привыкли к недостатку света. Подвал такой большой, что я даже не вижу дальней стены. Все пространство усеяно бетонными колоннами, точно пещера – сталактитами. Провода и трубы пересекают потолок и свисают вниз, соединяясь с распределительными коробками. Высота потолка не может быть более семи футов. Все вокруг выглядит как пещера, в которой обитает механический монстр.

– Эй? – окликаю я в темноту.

– Мэм, – слышится мягкий ответ Оскара.

– Оскар, ты где?

– Повернитесь на восемнадцать градусов против часовой стрелки и продолжайте идти. Смотрите под ноги, мэм.

Иногда я забываю, насколько он не человек. Видеть в темноте – лишь одна из его выдающихся способностей. В тусклом свете я осторожно иду вдоль проводов, труб и небольших устройств, которые могут быть водонагревателями, очистителями воздуха или какими-то другими механическими агрегатами, которые нужны Цитадели.

Я нахожу Оскара рядом с тем, что могу описать только как люк. Он круглый и имеет колесо, подобно тем, которые находились на древних военных кораблях. Он открыт, а за ним – коридор непроглядной тьмы.

– Что происходит, Оскар?

– Это один из аварийных выходов. Джеймс сейчас его проверяет.

– Один из спасательных проходов?

– Всего их два. На случай, если один рухнет. Раньше мы уже проверили другой – он заблокирован мусором.

– Лифт не заработал, когда я попробовала запустить его.

– Рухнул основной вал, – говорит Оскар без эмоций. – Мы отключили двери лифта с главной панели управления Цитадели.

Я двигаюсь к туннелю.

– Как давно он ушел?

– Сорок пять минут двадцать одну секунду назад.

– Похоже, довольно давно.

– Для изучения другого туннеля потребовалось всего двенадцать минут и тридцать две секунды. Пещера была довольно близко к входу в туннель. Однако я ожидал, что он вернется. Он настоял на том, чтобы идти самому.

– Почему?

– По его словам, он устал стоять, просто ожидая меня.

Я подавляю улыбку.

– У тебя есть фонарик?

Оскар передает его мне со словами:

– Мне, вероятно, не нужно говорить вам, что он не хотел бы, чтобы вы входили в туннель.

– Возьму на заметку.

Я забираюсь в туннель высотой примерно пять футов. Необходимо пригнуться, чтобы идти, но мне хотя бы не нужно ползти. Стены кажутся металлическими, и они холодные на ощупь. Мои шаги отдаются эхом.

– Джеймс! – кричу я, но ответа нет.

– Мэм, – окликает меня Оскар. – Должен ли я присоединиться к вам?

– Нет. Оставайся здесь. Если я не вернусь, найди Фаулера и возвращайтесь с подмогой.

– Да, мэм.

Я продолжаю двигаться вперед, пытаясь больше опираться на здоровую ногу. Вскоре я чувствую небольшой уклон, который, кажется, увеличивается с каждым шагом, пока, наконец, не понимаю, что иду под углом в тридцать градусов. Мои ноги горят. Я чувствую спазмы в пояснице. И в этот самый момент туннель заходит в тупик. Но я сейчас же понимаю, что, на самом деле, туннель разворачивается. Я пытаюсь хоть что-то увидеть в свете фонарика, но в коридоре нет ничего, кроме тьмы.