Дыра. Провинциальные истории
- Автор: Корнев Сергей
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Дыра. Провинциальные истории». Краткое содержание книги:
Итак. Что тут у нас? Тут у нас Яндекс. Новости: «Тела ещё восьми погибших обнаружили после теракта в Москве», «Путин требует срочно идентифицировать фрагменты тела смертника», «Телохранитель известной правозащитницы избил девушку в ночном клубе», «В Госдуме фракция ЛДПР предлагает захоронить тело Ленина», «Новый скандал в США из-за телесных наказаний в тюрьмах». Надпись под строкой поиска: «Например, эрогенная зона».
Почесал мошонку через трусы и ввёл в поисковике: «Порно онлайн». Нашлось 30 миллионов ответов. Тыкнул куда-то. Повылазили копошащиеся, будто черви, картинки видеороликов. Глаза опустились сверху вниз вместе с колёсиком «мыши», собирая по ходу наиболее бросающееся и копошащееся: «Показала брату свою мокрую…», «Ненасытная негритянка не смогла отказать…», «Опытная путана дала на зоне всем…», «На вечеринке в клубе затеяли оргию…», «Лена устроила скандал с мужем и пригласила друзей…», «Симпатичная азиаточка долго не соглашалась…», «Телохранители изнасиловали свою молодую начальницу прямо…», «Жесть! Любительское видео девушки и восьми мужиков!». Нетерпеливо щёлкнул на последнее.
На большой кровати, покрытой розовой простынёй, лежала голая девушка-блондинка с неразвитыми девичьими формами. Вокруг её ложа стояли раз, два, три… восемь дядек.
Первый – здоровяк с рыжей бородой, похожий на викинга, с пивным животом. Перед ним лысый обрюзгший старпёр лет шестидесяти, взволновано и даже несколько злобно дёргал рукой под пузом. Третий – такой типичный англосакс, интеллигентный, респектабельный, подтянутый, жизнерадостный, современный, не хватает только какого-нибудь смокинга и жвачки во рту. Дальше какой-то замученный и усталый негр с таким же усталым и замученным, совсем не негритянским фаллосом. Пятый – с другого края кровати, темноволосый с проседью, с беспечным, почти отстранённым выражением лица. Шестой повернулся к камере своей плечистой загорелой спиной и сосредоточенно мастурбировал. За ним выглядывал, пожалуй, самый молодой – жилистая каланча лет тридцати пяти. Восьмой, невзрачный типок, держался обеими руками за внушительную спинку кровати и улыбался. Впрочем, они все улыбнулись на камеру. Некоторые сказали: «Hi!».
– Hi! – вымолвила тихим и, кажется, стеснительным голоском девушка. – My name is Dasha. I am from Russia.
Дядьки обступили её со всех сторон, часть влезла на кровать. Она схватила первый сунутый ей в лицо орган и затащила себе в рот. Помусолила, отпустила. Взяла другой. Помусолила, отпустила. Третий. Ещё один. С негром возилась долго. Чмокала, исхитрялась. Никак. Брезгливо и тягостно отпустила. Негр принялся за своё «хозяйство» сам. К телу подпустили старпёра. Она взяла его печальный орган и покорно затащила себе в рот. Печаль с органа просочилась на её лицо и, соединившись с обретавшейся на нём тягостностью, стремительно превратилась в страдание.
Дядьки же вошли во вкус. Дядек страдание раскалило, и они, раскалённые, друг за другом пользовали тело спереди и сзади, меняясь против часовой стрелки – рот, дрочить, вход, дрочить, кончать на лицо или грудь. Настоящий конвейер. А она, обнажив «вход» бесстыдно-страдательным «раком» и упираясь руками в очередные коленки, сплёвывала сперму с губ, однообразно и беспомощно изображая неописуемую сладость и райское блаженство.
В кульминации раскалённые дядьки задействовали максимум возможностей, подключив к конвейеру и иной «вход». Страдание усугубилось, и девушка оставила все попытки притворяться.
Впрочем, теперь ей хотя бы не надо было тратить без того скудные девичьи силы, стоя на коленях, – в новой модификации конвейера под ней всегда кто-то был. Она со стоном вжималась в этого «кого-то», нанизываясь на его находящийся в ней орган, пока иной «вход» тесно попирал викинг с рыжей бородой, злобно попирал шестидесятилетний старпёр, больно попирал жизнерадостный англосакс, мучительно попирал усталый негр, жгуче попирал темноволосый с проседью, грубо попирал тот, с плечистой загорелой спиной, очень грубо попирал жилистая каланча и очень больно попирал невзрачный улыбающийся тип.