Герман Лопатин
- Автор: Смольников Игорь Федорович
- Год: 1965
- Язык: русский
- Год: Издательство «Детская литература»
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Герман Лопатин». Краткое содержание книги:
Человек необыкновенной судьбы и изумительной храбрости. Он жил в то время, когда горстка русских революционеров во второй половине XIX века вела отчаянную и дерзостную борьбу с царизмом. Он сам был одним из этих революционеров. Не раз его бросали в тюрьмы, но ничто не могло сломить его, и всякий раз ему удавалось совершить смелый побег.
Герман Лопатин дружил со многими выдающимися людьми той эпохи. И такие люди, как Карл Маркс и Тургенев, были покорены обаянием и силой его натуры.
Повесть И.Ф. Смольникова – книга об отдельных, самых ярких годах жизни замечательного революционера.
•
Отзывы и пожелания о книге присылайте по адресу: Ленинград, Д-187, наб. Кутузова, 6. Дом детской книги издательства «Детская литература».
– Я? Вас? Каким образом?
– Ну, женщины занимаются гуманизмом… Это у них от неразумения. А вы? Неужели вы настолько обрусели, что потеряли исконную немецкую твердость ко всяким либеральным бредням?
– Не потерял, Николай Николаевич, не потерял! Но, – Иоганн Францевич значительно поднял палец вверх, – как говорят у вас в России, нос надо по ветру держать.
– У нас в России, дорогой Иоганн Францевич. Вы же в ней с детства живете, не так ли?
– Совершенно так.
– Ну вот. И я тоже. А потому берите спокойно от противника либеральных идей полчервонца на воспомоществование заключенным пересыльной тюрьмы, хотя в ней, как я полагаю, есть и недруги государя императора.
Они расстались весьма довольные друг другом. Но если бы Иоганн Францевич на следующее утро заглянул во двор чиновника Чурина, то был бы весьма удивлен: у крыльца – запряженные тройкой сани, в них – вещи географа. Он уезжал.
У городской заставы на западной окраине Иркутска его нагнал возок с полицмейстером и жандармом.
Пока будочник, волоча по снегу пудовые валенки, тащился поднимать шлагбаум, полицмейстер вылез из саней и подошел к Любавину:
– Как же так, Николай Николаевич, уезжаешь и не попрощался?
– А мы это сделаем сейчас, – любезно ответил Любавин.
– Нет, помилуй, зачем же здесь, на морозе? Так не годится. Поедем ко мне.
– Благодарю, но я спешу.
– Что так?
– Получил депешу. Требуют поторопиться.
– Вот совпадение! И я получил депешу, – глаза полицмейстера смеялись, – вместе и почитаем.
– На обратном пути – с удовольствием.
– А ты шутник, Николай Николаевич. Депешка-то тебя касается.
– Не может быть.
– Вот мы и выясним, может или не может. Пожалуй в мои саночки.
Жандарм пересел в сани Любавина, а Любавин сел к полицмейстеру.
– Так что ты на это скажешь? – полицмейстер достал из стола телеграмму и протянул ее Любавину.
Тот прочитал:
«В Иркутске находится человек, фамилия которого нам неизвестна. Он едет освобождать Чернышевского».
– Не понимаю, почему вы не показали раньше? – пожал плечами Любавин и ткнул пальцем в число – телеграмма была получена три недели назад.
– А ты зоркий, – усмехнулся полицмейстер. – Я-то сразу понял, как тебя сегодня в санях увидел, что уезжать навострился. Этот дурак, немец, спугнул тебя. Спугнул ведь?
Любавин пожал плечами.
– Напрасно уклоняешься. Мне ведь ясно, что человек, о котором говорится в телеграмме, – ты.
– Доказательства!
– Ну-ка дай твой вид.
Любавин протянул паспорт.
– Так, – Бориславский повертел в руках паспорт, – все как будто в порядке. Придется осмотреть вещички.
– Но как вы смеете! – вспыхнул Любавин. – Я дворянин.
– Я тоже дворянин, – невозмутимо заметил Бориславский. – Вот ты мне как дворянин дворянину и покажи свое имущество. Без шума.
– Я ничего не стану показывать!
– Тогда мы сами. Ижевский?
В комнату вшагнул жандарм.
– Обыщи.
Жандарм запустил руку во внутренний карман сюртука Любавина и вытащил толстый бумажник.
Потом прощупал другие карманы.
Пока жандарм рылся в вещах (их внесли в комнату), полицмейстер внимательно рассматривал вынутые из бумажника документы.
– Любопытно получается, – наконец сказал он, – кто же ты такой? Русский дворянин Любавин, сербский студент Рокич, поручик Грибоедов или штабс-капитан Скирмунт? У тебя четыре паспорта. Какой из них настоящий?
– Я Николай Любавин, эти три я нашел на дороге. Могу все объяснить.
– Придется. Только учти, что запрос в Петербург о личности Николая Любавина будет послан сегодня же. Не советую вилять.
Наступило молчание.
Полицмейстер, улыбаясь, смотрел на арестованного. Тот спокойно смотрел на полицмейстера:
– Меня зовут Николай Любавин.
– А зачем ты хочешь увезти Чернышевского?
– Я приехал в Сибирь не за этим.
– Опять виляешь.
– Повторяю, не за этим. Чернышевский тут ни при чем. Петербург можете об этом не запрашивать. Оттуда вам все равно не помогут.
– А мы и без Петербурга, – спрятал улыбку Бориславский, – торопиться нам некуда.
Не наши
1872 год
Торопиться было некуда. Следствие потащилось медленно, по старинке, со вкусом. Полицмейстер вознаграждал себя за полное отсутствие крупных политических дел в губернии. До сих пор он получал готовеньких преступников из Европейской России и лишь законопачивал их в безвылазные дыры Восточной Сибири да ставил в известность Петербург о поведении поднадзорных. Теперь столица должна была ожидать иного рода известий: в Иркутске самостоятельно распутывали крупное преступление.