(не) сестра для бандита

Народу здесь было немного, но несмотря на это, Леша повел меня в сторону отдельных кабинок, скрывающих своих гостей от любопытных глаз остальных посетителей заведения. Не прошло и тридцати секунд, как перед нами возник официант.

Я молча наблюдала за тем, как Леша делает заказ, полностью отдав ему бразды правления, но с каждым сказанным им словом мои глаза становились все шире, брови поднимались все выше, потому что внимание мое было в этот момент направленно на меню, а точнее на цены в этом самом меню.

Глаза разбегались от количества еды, появившейся на столе через несколько минут, а в животе громко заурчало от умопомрачительного запаха ребрышек в медовом соусе, сопровождаемых обжаренным до золотистой корочки отварным картофелем и маринованной капустой с тмином.

В моих воспоминаниях так пахло только тогда, когда готовила мама, никогда ресторанная еда не вызывала во мне и сотой доли того аппетита, что вызывало простое мамино жаркое, с самым обычным салатом из помидоров, огурцов, сладкого лука и свежей зелени. А здесь у меня слюнки потекли.

Урчание в животе становилось все громче, что явно не ускользнуло от слуха Леши и я даже пожалела, что обедали мы не в общем зале, щеки вспыхнули в туже секунду, когда, пристально взглянув на меня, Леша в очередной раз улыбнулся и пододвинул ко мне тарелку.

—Кушай, голодная ведь, — кивнул на заказанное для меня блюдо, которое хотелось съесть вместе с тарелкой.

Не будь я настолько голодной и вымотанной последними событиями, сейчас смущалась бы и продолжала краснеть, но все смущение испарилось, стоило мне лишь попробовать сочное ребрышко, с душистыми нотками розмарина и тимьяна. Я разве что не заурчала от удовольствия, погружаясь в процесс поглощения пищи. Даже представить не могла, что с моей комплектацией в меня влезет вся заказанная для меня порция, но съела я все до последней крошки, лишь в конце заметив, что тарелка Леши все еще практически полная, а мужчина не сводил с меня взгляд.

—А ты чего не ешь? — спросила, чувствуя, как налились румянцем щеки. Не нравилось мне то, как он на меня смотрел. Слишком много нежности было в этом взгляде, слишком ярко горели его глаза. Так смотрят влюбленные и очень хотелось надеяться, что я ошиблась, и Леша не испытывает ко мне ничего, кроме дружеских чувств.

—Я не голоден, — ответил он, продолжая сверлить меня взглядом. А после и вовсе поднялся со своего места и переместился на стул, стоящий по правую сторону от меня.

—Рит, ты же понимаешь, что так дальше продолжаться не может, — как-то неуверенно произнес Леша, было заметно, что мужчина нервничал.