О брачной и внебрачной жизни
- Автор: Ивик Олег
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-4448-1419-2
- Жанр: Культурология
Электронная книга - «О брачной и внебрачной жизни». Краткое содержание книги:
и археолог Валерий Иванов, пишущие под общим псевдонимом Олег Ивик, суммируют свою многолетнюю работу над этими темами. Перед нами увлекательная история браков, разводов и сексуальных традиций, которую авторы прослеживают на протяжении многих веков: от Древнего Египта до современности. Мифы и ритуалы, сложные свадебные правила и юридические курьезы, брачные обряды Древнего Рима и Древней Руси, Китая и Полинезии — огромный охват материала в этой книге сочетается с легким и веселым языком, который порой напоминает о «Всеобщей истории, обработанной Сатириконом».
В оформлении обложки использована работа Анри де Тулуз-Лотрека «Диван», 1894–1896. Метрополитен-музей, Нью-Йорк / The Metropolitan Museum of Art, New York
Но надо отметить, что после периода полного равноправия, которым представители ЛГБТ-сообщества пользовались в конце XX — начале XXI века, примерно с 2006 года ситуация в России стала меняться. Например, в марте 2006 года прокуратура Ростовской области запретила местным телеканалам показывать бегущей строкой смс-сообщения, «пропагандирующие нетрадиционные формы сексуальной ориентации». В том же году власти Тюменской области отказались зарегистрировать ЛГБТ-организацию «Радужный дом». Сделано все это было вопреки существовавшим на тот момент законам. Но тогда же в России был принят первый региональный закон, ограничивающий права сексуальных меньшинств: Рязанская область запретила «публичные действия, направленные на пропаганду гомосексуализма (мужеложства и лесбиянства) среди несовершеннолетних».
В период с 2011 по 2013 год подобные законы были приняты в нескольких регионах России. Несмотря на то что формально они были направлены на защиту только несовершеннолетних, практически этим запрещались вообще любые публичные действия по пропаганде или оправданию гомосексуальности. А в 2013 году Государственная дума приняла федеральный закон, запрещающий «пропаганду нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних».
Все, наверное, помнят фразу из кинофильма «Кавказская пленница»: «Мне теперь из этого дома есть только два пути: или я ее веду в ЗАГС, либо она меня ведет к прокурору». Действительно, в советское время, похитив невесту, можно было не только связать себя брачными узами, но и схлопотать срок. В сегодняшней России это не столь однозначно, и граждане де-факто имеют право воровать девушек. Правда, похищать их можно только с брачными целями, причем не чиня им никакого физического насилия помимо запихивания в мешок. И потом, рано или поздно, хотя бы у дверей ЗАГСа, или церкви, или мечети девушку надо из мешка вынуть. Тогда это квалифицируется как «добровольное освобождение». Дело в том, что в Уголовном кодексе РФ нет особой статьи, предусматривающей наказание за похищение невест, — есть лишь статья за похищение «человека вообще». Чтобы повысить шансы жертвы на благополучное возвращение домой, эта статья предусматривает, что похититель не понесет ответственности, если добровольно освободит своего пленника живым и здоровым.
В 2008 году Народное собрание Республики Ингушетия выступило с призывом все-таки ввести уголовную ответственность для слишком ретивых женихов. Дело в том, что законодатели не учли одной малости: у горских народов помимо традиции похищения девушек есть еще и традиция мести похитителю. Конечно, бывают случаи похвального примирения, когда дело кончается веселой свадьбой. Но бывают и случаи, когда родственники прочат девушке совсем другую судьбу и вовсе не желают выдавать ее за незнакомого джигита, который может оказаться и пьяницей, и уголовником. В отличие от закона, они не ждут «добровольного освобождения» и не выясняют, какое насилие девушке чинилось, а какое нет. Тем более что сама девушка в это время далеко и по поводу чинимого ей насилия родственники пребывают в полной неизвестности. Поэтому они просто берут в руки оружие и идут разбираться с похитителями. Будь на их стороне закон, они, возможно, и позвонили бы в полицию. Но, поскольку звонки дела не решают, его решают выстрелы.
Однако Государственная дума, видимо, решила, что кровавая месть похитителям тоже является красивой народной традицией, и поддержать ингушскую инициативу отказалась. По статистике МВД Ингушетии, 75 процентов случаев похищения происходит с ведома и согласия невесты. Но оставшиеся 25 процентов — это девушки, которых парни, чаще всего незнакомые, заталкивают в автомобили и увозят в неизвестном направлении. Тем не менее судьба девушек не вызвала жалости у депутатов, а вызвала похвальные для законодателей размышления о нарушении равноправия полов.
«С учетом конституционного принципа равенства граждан перед законом независимо от пола представляется необоснованным установление самостоятельного состава преступления только в отношении похищения женщины, поскольку не исключена ситуация, связанная с похищением мужчины с целью вступления в брак», — сказано в заключении думского комитета (2008).
Действительно, если уж вводить санкции против похитителей невест, то надо вводить равные санкции против похитителей женихов. Но поскольку таковых похитителей не наблюдается и санкции против них вводить трудно, то пусть все будет как есть. Депутатов можно понять. В самом деле, обидно: почему девушек воруют, а мужчин нет? Почему мужчины, в нарушение принципа равенства полов, должны удовлетворяться жалкими словами «не исключена ситуация»? Почему, несмотря на то что «ситуация не исключена», никому не приходит в голову украсть с честными брачными целями, например, спикера Госдумы? Или, на крайний случай, помощника депутата? Что ж они, хуже скромных горских девчонок, которых воруют, нарушая право депутатов на половое равноправие? И поправка была отклонена тридцатью девятью голосами.