Шустряк

— А выйдет? — Лукаво спросил Шатун.

— Нет, но можно меня попросить не сбегать из тюрьмы, — так же лукаво ответил я.

— В общем так, есть у меня идея, как прихватить обоих деятелей за хвост.

— С чего ты взял, что их два? — удивился я.

— Все просто, ментат не может подписать собственный договор, такую филькину грамоту проигнорируют все, можешь мне поверить, такие умники уже находились. Следовательно, должен быть заказчик и ментат, и оба должны быть повязаны, поскольку ни один адекватный ментат не составит ментат метку без одного из участников, а мы точно знаем, что одного из участников там не было. Следовательно, один из этих двоих является заказчиком, но как удалось выяснить по моим каналам, — Шатун сделал паузу, — заказчика твоей головы по неофициальным каналам тоже звали Голиафом, как и того, с кем ты заключил договор. В общем, выходит, что он и есть та загадочная личность, что заинтересована в тебе, а вот ментата он просто купил, хотя мне очень сложно даже подумать о количестве заплаченного при этом жемчуга.

— Неужели купить ментата так дорого стоит?

— Простого ментата нет, дар, конечно, редкий, а хорошо развитый попадается еще реже, но все же купить его можно, а вот ментата, состоящего в гильдии, уже не выйдет. И как ты понимаешь, только метки гильдейских ментатов воспринимаются в стабах как доказательства. А список этих товарищей гильдия при любом изменении обновляет, они тоже не бессмертные, да и новые появляются.

— Все понятно, такой ментат неплохо зарабатывает и ему нет смысла заниматься обманом.

— Верно, причем, он не просто хорошо зарабатывает, а очень хорошо, к примеру, у нас на бирже таких имеется четверо и каждый из них получает примерно по красной жемчужине за свои услуги каждые тридцать дней, причем только от нас. Сам должен понимать, что договоры заключаются не только на бирже, но и втихую, чтобы меньше чужих ушей знало, так что доход у них знатный. Даже если учесть, что они платят налог в свою братию, то все равно у них жемчуга столько, что сам никогда употребить не сможет, если конечно не хочет стать квазом.

— Согласен, имея такой доход, причем постоянный, нет смысла задёшево себя продавать.

— Ладно, это все хорошо, а теперь ка давай обсудим наш план, — заговорщицким тоном и как–то хищно осклабившись начал Шатун.

Вся суть плана сводилась к трем основным вещам: данным, имевшимся на меня в карточке поиска, белой жемчужине и тому, что нужно будет выманить сразу двоих. Первый раз, когда меня заказали, в ориентировке, помимо моего фото, имелось и описание даров, где были перечислены всего два из них — знаток жемчуга и призрак. Эту информацию они выудили из биржи, помнится в своё время я сам её и выдал, так что о других моих дарах они не знают, но поскольку у них имеется моё фото, которое точно сделано в бастионе, то они и о том, что я клокстопер тоже в курсе. Круг людей, точно знающих о том, что моё клокстоперство полная профанация, весьма надежен и такие данные им не получить. Белая жемчужина, это повод интересоваться этим делом, даже правлению стаба, и это позволит не вызвать подозрений, когда Шатун меня изловит лично, уж больно серьезный куш стоит на кону. А из–за участия Шатуна вытекает необходимость присутствия ментата для подтверждения самого договора и его исполнения, иначе столь важный человек может лишиться своей репутации, изловив невиновного, чего естественно Шатун не захочет.