Электронная книга - «Избранные произведения. I том». Краткое содержание книги:
Роберт Рик Маккаммон — американский писатель, «гений из Алабамы». Один самых популярных авторов мистических романов и романов ужасов. Содержание: Майкл Галлатин (цикл) Мэтью Корбетт (цикл) Тревор Лоусон (цикл) Жизнь мальчишки (цикл)
Наконец в три часа прозвенел звонок, и мы радостно покинули школу до следующего утра. В классе осталась лишь Луженая Глотка, крики которой скрипучим тихим эхом все еще звучали в наших ушах. На игровой площадке в теплом дневном воздухе стелились клубы пыли — школьники спешили воспользоваться дарами свободы. Как обычно, Дэви Рэй поддразнивал Бена, Джонни поставил на землю свою коробку, чтобы отомкнуть велик, я тоже опустился на колени, пытаясь разобраться с цепью, которой Ракета крепилась к ограде.
Дальнейшее произошло очень быстро. Обычно так и бывает.
Они появились из клубов пыли. Я почувствовал, их прежде, чем увидел, и покрылся мурашками.
— Все четыре сосунка тут! — прозвучала первая насмешка.
Моя голова дернулась: я узнал этот голос. Дэви Рэй и Бен прекратили свою перепалку. Джонни поднял голову, и его глаза потемнели от страха.
— Вот мы их и накрыли, — проговорил Гота Брэнлин, из-за спины которого выглядывал Гордо. Их улыбки напоминали лезвия опасной бритвы, позади виднелись черные велики. — Ты только посмотри на этих щенков, Гордо!
— Точно, щенки и есть.
— А это что такое?
Молниеносным движением Гота выхватил у меня из рук журнал. Обложка, на которой граф Дракула в исполнении Кристофера Ли шипел от бессильной ярости, разорвалась на две половинки.
— Гляди, что за дерьмо! — толкнул локтем в бок своего братца Гота.
Гордо мерзко захохотал, кивая на изображение холеной женщины-робота из «Метрополиса».
— Все видать, вплоть до ее долбаных титек! — воскликнул Гордо. — Дай-ка мне взглянуть! — Он попытался вырвать у Готы страницу, но тот не хотел расставаться с добычей, и страничка журнала исчезла в их ладонях, словно разъеденная кислотой. У Готы осталась большая половина картинки — та, где через отливавшую металлом одежду проглядывали груди, — скомканная и грязная, она исчезла в кармане его джинсов.
Гордо завопил:
— Ты, засранец, ну-ка верни ее!
Он вцепился в остатки журнала, однако Гота тянул его к себе. В следующее мгновение скрепки не выдержали такого напора и страницы журнала, запечатлевшие мрачные и великолепные сны, героев и злодеев, фантастические видения, заколыхались в пыльном воздухе, как летучие мыши, вдруг оказавшиеся в потоке дневного света.
— Ты порвал его! — завопил Гота и так сильно пихнул братца в грудь, что тот грохнулся в пыль на спину, а изо рта у него брызнул фонтан слюны.
С перекошенным от гнева лицом Гордо поднялся с земли и сел. Выражение его лица было трудно передать словами. Гота стоял над братом с занесенным кулаком, словно Годзилла над Гидрой.
— Ну что, мало тебе? — вопросил Гота. — Вставай и получишь еще!
Гордо и не думал двигаться с места. Его локоть упирался в картинку с Кинг-Конгом, сражающимся со скользким гигантским змеем. Даже у чудовищ случаются столкновения и смертельные битвы. На лице Гордо застыло выражение злобы и обиды. Любой другой мальчишка, получивший такой сильный удар, непременно бы заплакал. И я понял, что слезы для Брэнлинов такая же диковина, как зубы дракона, и что все непролитые слезы и кипящая на медленном огне ярость превратили Гордо и Готу в тех, кем они были, — в диких зверей, лишенных возможности покинуть свои клетки, как бы отчаянно они ни дрались и как бы далеко ни заезжали на своих хищных велосипедах.
Возможно, поразмыслив, я бы даже пожалел их, но они не дали мне на это времени.
Прежде чем Джонни успел схватить свой ящичек для рыболовной наживки, Гота сгреб его с земли и спросил:
— А тут у нас что такое?
Когда Гота откинул защелку и поднял крышку, Джонни издал жалобный, всхлипывающий звук. Здоровенная грубая лапа забралась внутрь и стала разворачивать ватные комочки.
— Эй, приятель! — крикнул Гордо. — Погляди, что тут прячет этот недобитый индеец! Наконечники для стрел!
— Почему бы вам не оставить нас в покое? — начал было Дэви Рэй. — Ведь вас никто не трогает…
— Заткни пасть, придурок! — заорал на него Гота, а Гордо, ухмыляясь, поднялся с земли.
Братья, враз забыв о вражде, принялись перебирать коллекцию Джонни, хватая то один, то другой наконечник, — это было отвратительное зрелище, напоминавшее пиршество стервятников.
