![Туманная радуга. Том 2 [СИ] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/8/6/9/4/tumannaya-raduga-tom-2-si-download.jpg)
Туманная радуга. Том 2 [СИ]
- Автор: Бугрим Ксения
- Серия: Туманная радуга #2
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Туманная радуга. Том 2 [СИ]». Краткое содержание книги:
— А вот будешь знать, как ничего мне не рассказывать, — в сотый раз за четыре дня пожурила ее Зинаида. Впрочем, по ее тону было заметно, что она скорее шутит, чем по-настоящему сердится. — Что будешь первым: беляш или кулебяку с капустой? Можешь не волноваться за фигуру — парень у тебя уже есть. И, походу, ты нравишься ему любой.
Вероника взяла беляш и присела рядом с подругой.
— И ты туда же.
— Так а как? Когда Ханин выломал дверь, ты была не в самом лучшем виде, знаешь ли! Напоминала Кикимера после недельного запоя. Надеюсь, этот больной дебил Селиванов — или как там его, а, впрочем, мне насрать — будет гнить в Алькатрасе до конца своих дней!
Вероника чуть не подавилась со смеху. Она обожала подругу за ее прямолинейность. В то время, как остальные боялись даже намекнуть о том, что случилось в том подвале, Зинаида вставляла упоминала об этом при каждом удобном случае. И от этого не становилось хуже. Даже наоборот, высмеивая те события, Вероника постепенно избавлялась от страхов, опасений и ночных кошмаров, связанных с Селоустьевым.
— Зин, Алькатрас же находится в США!
— Без тебя знаю, — буркнула подруга, — я, что, по-твоему, совсем необразованная? Это была такая художественная метафора. И хорош ржать, шуточки только начинаются! Егай не рассказывал, что Ханин облил Селиванова ссаньем из ведра?
— Нет, от него я слышала только про отбитые яйца. А что, серьезно, прямо-таки облил??
— А то. По самое не хочу! Там уже приехали копы, скорая, и тебя унесли наверх, чтобы осмотреть. А Ханин, у которого кулаки так и чесались прикончить дегенерата, воспользовался случаем и окатил его из ведра. То-то смеху было! Мы с Иркой уже ехали вместе с тобой на скорой, а я сижу, хохочу, как ненормальная. Там врачиха даже подумала, что это у меня такая реакция на стресс, что я нахожусь в шоковом состоянии, хотя никакого шока у меня и в помине не было. Во-первых, ты была жива, и дело обошлось без всяких мерзостей типа изнасилования; во-вторых, пока тебя осматривали врачи, ты обмолвилась, что этот раненый на голову Селиванов пробрался к тебе через соседский балкон. А я-то, понимаешь, была уверена, что вся заварушка стряслась из-за меня! Ведь это я не закрыла дверь на ключ, когда мы с Иркой пошли в аптеку! Уф… Как гора с плеч, Каспраныч, ей-богу!
— Помнится, это я просила вас с Ирой не запирать дверь, — дожевывая последний кусочек беляша, проговорила Вероника. — Так что в любом случае вашей вины здесь быть не могло.
— Ой, вот только не заводи опять свою шарманку, что это ты все всем виновата! Когда ты так говоришь, мне хочется тебя стукнуть, а это довольно грешновато, учитывая, что у тебя и так сотрясение. Лучше скажи, что ты там решила насчет Ханина? Он, конечно, тот еще лжец и скотоложец, ведь Мальцева была настоящей скотиной — хорошо хоть свалила из школы, прости господи — но, как по мне, его уже можно и простить. Идиот Ханин тебя любит, это даже кореец заметил, хотя у него глаза поуже моих будут.
— Я как раз хотела тебе рассказать, — проговорила Вероника, вытаскивая из лоточка кулебяку с капустой, — что, кажется, вспомнила, о чем говорил Тимур, когда мы с ним столкнулись в коридоре в конце декабря. Зина, представляешь, все-все вспомнила! Щас, только прожую и расскажу…
— Это когда он приперся в школу в костюме, и у тебя из-за этого отказала память?
— Угу, — с набитым ртом промычала Вероника. — Божечки, как же вкусно-то…
— Так не мудрено, что ты вспомнила. У тебя же сотряс! Люди и не такое вспоминают… Кто-то даже начинает «вспоминать» то, чего не было!
Наконец прожевав, Вероника отхлебнула немного соку и сказала:
— Вот и я думаю. Может, это все мне просто приснилось, а тогда, в коридоре, Тимур говорил что-то совсем другое? А то я уже начинаю сомневаться в своей вменяемости, у меня ж и правда сотрясение. Кто знает, что мне могло почудиться…
— Так что именно он говорил-то?
— А, ну так вот… — Вероника пересказала подруге свой сон и выжидающе на нее уставилась. — Как думаешь, мог он сказать такое на самом деле?
— Мог, мог, — закивала Зинаида, подливая им обеим соку. — Еще как мог. Когда мы ждали скорую, а ты лежала в отключке, он и не такое говорил. Милая моя, — начала изображать подруга, — любимая, родная, как же я тебя люблю, Ника, Никочка… А еще: ты только поправляйся, только живи, я все для тебя сделаю, любимая, мое сокровище, моя королева. И знаешь, что? Мы даже не ржали над ним. Смешными его слова в тот момент не казались. У нас у всех были похожие мысли. Мы понятия не имели, что с тобой, и почему ты постоянно теряешь сознание. Не знали, какая точно у тебя температура, и что было в том шприце. Нам всем было страшно, но если мы с Егаем еще как-то держались, то Ханин был готов умереть прямо там, рядом с тобой. Он даже плакал! Не скажу, что прям навзрыд, но глаза у него совершенно точно были на мокром месте. Я тебе вот что скажу, Каспраныч: если бы парень, который мне нравится, так плакал надо мной, я бы не стала долго думать, прощать его или нет.