Революция 1917 года глазами современников. Том 2 (Июнь-сентябрь) [FineReader 14]

Ленин отлично понимает, что лелеемая им мечта о новой революции направится против восторжествовавшего в последнюю революцию «большинства народа», но это большинство для Ленина вовсе не добро, а зло, «не революционная, а мещански подлая, трусливая, не избавившаяся от холопства демократия».

Якобинская смелость Ленина на слова не идет, впрочем, слишком далеко. Он восстает против «революционной (простите за выражение) демократии», идет против нее бунтом, но ответственности за то на себя не берет. Если он отказывается от выражения своей оценки грядущего против демократии восстания, то только потому, что твердо уверен, что устами его речется лишь исторически неизбежное: «Я вовсе не касаюсь здесь вопроса о том, желательна ли такая революция, и не рассматриваю вовсе, может ли она произойти мирно и легально (в истории, вообще говоря, бывали примеры мирных и легальных революций). Я констатирую только историческую невозможность решительного поворота без новой революции».

Стоит эту «мирную и легальную» революцию, так подозрительно близко напоминающую июльскую «мирную вооруженную демонстрацию», сопоставить с теми силами, на которые возлагает свои упования бывший социал-демократ, чтобы окончательно убедиться в том, что марксизм из него выветрился без следа. Им и не пахнет. А на его месте воцарился безраздельно черный анархизм: «надвигающийся голод, разруха, военные поражения способны необычайно ускорить этот поворот в сторону перехода власти к пролетариату, поддержанному беднейшим крестьянством».

Таковы надежды Ленина. Мрачные силы социального распада и политической анархии, являющиеся наиболее опасными бичами демократии, являются для него источником веры в осуществление большевистской утопии о диктатуре пролетариата и крестьянской бедноты. Эти же силы дают психологическую почву и к той безудержной демагогии и погромной травле, которые расцветают ежедневно махровым цветом на столбцах «Рабочего Пути», «Рабочего», «Социал-Демократа» и т. п., и которые позволяют самому учителю возвещать: «Пока рабочие и крестьяне не поймут, что эти вожди (т. е. стоящие во главе огромного большинства Советов эсеры и меньшевики) изменники, что их надо прогнать, снять со всех постов, до тех пор трудящиеся неизбежно будут оставаться в рабстве у буржуазии».