Железный начдив Азин. Между красными и белыми
- Автор: Сенча Виктор Николаевич
- Язык: русский
- Год: Алгоритм
- ISBN: 978-5-00180-156-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Железный начдив Азин. Между красными и белыми». Краткое содержание книги:
Книга, безусловно, заинтересует любителей отечественной истории.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Вскоре баржу забуксировали, увели вверх по Каме и поставили под железнодорожный мост, намереваясь, видимо, обрушить на нее фермы моста и таким путем уничтожить арестованных.
Однако рабочие Сарапула насторожились. Вместе с родственниками заключенных они стали внимательно наблюдать за действиями белогвардейцев. Баржа простояла под мостом до вечера, потом ее поставили на якорь на середину Камы, против горперевоза. Беспокойство заключенных и родственников все возрастало.
Наступила ночь. Около двух часов пополуночи белогвардейцы подвели к нашей тюрьме другую баржу, чтобы заслонить нас со стороны Сарапула, забуксировали нашу баржу и повели ее вверх по Каме.
Как только баржа тронулась по реке, заключенные, услыхав шум воды, бьющейся о борта баржи, стали спрашивать друг друга: «Куда же нас везут?» Один из заключенных, одетый в черную суконную шинель, взобрался на крестовины крепления баржи и громким голосом стал успокаивать заключенных:
– Товарищи, не волнуйтесь, баржу белые ведут на пристань Гальяны, а там нас, наверное, отконвоируют в Ижевск.
Арестованные притихли. Стало светать. Баржа на буксире приближалась к пристани Гальяны, где ее поставили на якорь посредине Камы.
Белогвардейцы изредка открывали один люк баржи, через который спускали на веревке в ведре сырую камскую воду, которая распределялась между заключенными глотками, так как ни стаканов, ни чашек у нас не было.
Вскоре был вызван на палубу тот товарищ, который успокаивал заключенных. В трюм он больше не возвращался. О его судьбе нам ничего не было известно. На барже были люди, которые знали его. Они сказали, что это был бывший председатель Сарапульского совдепа Красноперов Павел.
В барже арестованных морили голодом. Нам давали не более четверти фунта горячего черного хлеба в день. Уборной в барже служила носовая часть, отчего в трюме стояло невыносимое зловоние: многие заключенные тяжело заболели.
Мы уже стояли под Гальянами. Белогвардейцы однажды вызвали сильно истощенного арестованного Зылева, работавшего техническим секретарем в Сарапульском совдепе, дали поесть ему хлеба, а затем поставили на борт баржи и сбросили штыками в Каму. Он кричал: «Спасите, спасите!» – но помочь ему никто из нас не мог.
Прошло две недели. Мы ждали своего конца. 16 октября 1918 года, в первой половине дня, к барже с арестованными пришвартовалась другая баржа, на которой прибыли вооруженные белогвардейцы. Это был карательный отряд.
Открылся люк нашей баржи. Раздались голоса белогвардейцев: «По пять человек вылетай пробкой».
Исстрадавшись в тюрьме и еще больше в барже, заключенные без особого страха стали собираться по пять человек.
Вышла первая группа заключенных. На палубе был слышен сильный шум и крики. Это белобандиты избивали наших товарищей. Затем послышались отдельные выстрелы. Это каратели приступили к расправе над заключенными большевиками. Страх охватил всех.
Снова вызов. Вышла на палубу вторая пятерка, в которой состоял я. Белогвардейцы снимали с заключенных (на ком еще оставалась кое-какая одежда) носки, тюремные летние гимнастерки, затем прикладами сгоняли их в рядом поставленную баржу, а отдельных заключенных ставили к борту и расстреливали.
Посадив арестованных в ветхую, дырявую баржу, белобандиты обыскали первую баржу и снова загнали в нее заключенных. Возвратившись в свою плавучую тюрьму, мы не досчитались более 160 человек, которых бандиты закололи или расстреляли. Карательный отряд состоял из сарапульцев и камбаряков. Поэтому бандиты многих активистов знали в лицо и зверски расправлялись с ними.
После этой дикой расправы над пленными худая баржа с карательным отрядом отбыла к пристани Гальяны. Заключенным уже больше не привозили хлеба, не подавали в ведрах воду. Караул еще суровее стал относиться к пленным. Сарапульский сапожник Василий Шемякин, арестованный за то, что его сыновья активно боролись за Советскую власть, подняв голову, смотрел на люк в ожидании, не подадут ли в баржу хотя бы водички. Караульный белогвардеец сурово пробормотал:
– Тебе, старому, что было нужно идти за большевиками? Вот теперь погибнешь вместе со зверями.
Белогвардеец дал нам понять, что баржа скоро будет уничтожена. Мы насторожились. Решили бороться за свою жизнь, приготовив обломки досок от настила баржи.
Наступила ночь, в течение которой арестованные проделали в бортах баржи небольшие отверстия, чтобы можно было наблюдать, что делается вокруг.
Ночь прошла. Ни хлеба, ни воды нам не дали. Вдруг через щель в борту один заключенный увидел дымившие катера, идущие снизу Камы. Зная, что Сарапул уже занят красными войсками, мы приободрились, во все щелки стали наблюдать за тем, что творилось на реке. Вскоре мы обнаружили приближающиеся к нашей барже три миноносца. Это были, как потом выяснилось, суда Волжской военной флотилии – «Прочный», «Прыткий» и «Ретивый». На одном из миноносцев стоял с рупором в руках командир. Подойдя к барже на небольшое расстояние, он спросил у белогвардейского караула: