Наследство разрушительницы

«Конечно, я выгляжу смешно. И даже жалко, – подумал Игорь. – Грязные брюки, замызганная куртка, щетина, красные от вчерашнего глаза. Его можно понять».

– Или все-таки в больницу?

Молодому человеку очень хотелось уехать, но не хотелось оставлять ситуацию не решенной. Если этот мужик решит жаловаться, да еще и свидетелей найдет, хлопот не оберешься. Он положил руку на плечо Игоря. По тому, как исказилось его лицо, Игорь понял, что водителю пришло преодолеть ощущение брезгливости, которое вызывал в нем сбитый мужчина.

– Спасибо! – решительно сказал Игорь. – Мне не нужна больница. Мне не нужна помощь. У меня нет к вам претензий. Вы можете ехать.

Взгляд водителя зажегся от радости.

– Хорошо, – закивал он и достал из кармана картонный прямоугольник. – У меня нет с собой, к сожалению, наличных денег. Но вот моя кредитная карточка. Зайдите завтра в мой офис. Это недалеко отсюда. Обратитесь к секретарше генерального директора Зинаиде Витальевне. Вам заплатят за причиненный ущерб.

Игоря спрятал руки за спину.

– Спасибо. Но в этом нет необходимости. Вы не причинили мне никакого ущерба, и вы мне ничего не должны.

– Как же? – искренне удивился водитель. – Вон у вас брюки порваны, куртка на рукаве лопнула. Это ущерб.

– Вы мне ничего не должны, – сухо сказал Игорь, собираясь уйти. Но водитель взял его за рукав. Из кармана куртки он достал какую-то монету и протянул Игорю.

– Не должен так не должен. Но это возьми, мужик, – сказал он, переходя на «ты». – На память об этом небольшом происшествии.

Игорь шевельнул рукой, освобождая рукав, бросил взгляд на монету и взял ее из рук водителя.

– Эта монета стоит слишком дорого, чтобы быть простым напоминанием о встрече, – усмехнулся Игорь.

– Почему это дорого? – насторожился водитель. – Это четыре доллара. Вон, видишь, там внизу написано: “four dol.”, а чуть выше “400 sents”. Четыре доллара.

Игорь протянул монету водителю.

– Это «стелла». Монета девятнадцатого века. С ней связана какая-то история, которую я не очень помню. Американцы отчеканили ее, когда хотели присоединиться к какому-то финансовому союзу в Европе. Но потом Конгресс присоединение не одобрил, и монета в обращение не попала. Но штук пятьсот таких монет отштамповали. Она дорогая. Это не четыре доллара.

Водитель смотрел на монету, но из рук Игоря ее не брал.

– Сколько же она стоит?

Игорь пожал плечами.

– Не знаю. Зайдите к нумизматам, они вам точно скажут. Думаю, тысяч десять. Может быть больше.

– Десять тысяч? Долларов?

– Конечно!

Водитель закрутил головой и развел руками, словно приглашал собравшихся вокруг них людей в свидетели удивительного происшествия.