Фашизм: реинкарнация. От генералов Гитлера до современных неонацистов и правых экстремистов
- Автор: Ли Мартин А.
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Кучково поле
- ISBN: 978-5-9950-0802-6
- Переводчик: А. Ю. Колгашкина
- Жанр: Военная история
Электронная книга - «Фашизм: реинкарнация. От генералов Гитлера до современных неонацистов и правых экстремистов». Краткое содержание книги:
Заявление, цинично названное «Против забвения», породило бурю. Озабоченность вызывала не только содержавшаяся в нем идея, но и имена подписавших его немцев. В списке присутствовали не только откровенные фашисты и представители интеллигенции «Новых правых», но и действующие и отставные военные, директора банков, полицейские начальники, руководители Христианско–демократического союза и его партнёров по коалиции. Сварливый тон документа отчётливо обозначил ту «серую зону» немецкой политики, где ультраправые смешивались с консерваторами. Он показал, что экстремистский образ мышления стал преобладающим в политике, поразив, подобно раковым метастазам, правящие круги Германии.
Постоянные усилия по релятивизации Холокоста, приравнивание его к другим зверствам, свидетелями которых стал ХХ век, оказали своё воздействие на значительную часть населения Германии. В соответствии с данными опроса, проведённого журналом «Шпигель», 36% немцев считали: «Изгнание немцев с восточных земель было таким же преступлением против человечества, как и Холокост в отношении евреев». Это искажённое восприятие истории поддерживалось и канцлером Колем, пытавшимся представить Германию в некоторой степени как жертву, а не только как преступницу, развязавшую Вторую мировую войну. Хотя сам Коль и не подписал заявления, он высказал своё расположение к тем, кто это сделал.
В их числе был и его близкий политический союзник Альфред Дреггер, в то время занимавший пост почётного председателя парламентской фракции Христианско–демократического союза. За несколько недель до публикации заявления Дреггер привлёк к себе внимание, заметив, что 8 мая «не было освобождением». Он также с похвалой отзывался о «порядочности» армии Гитлера и утверждал, что «большинство немцев ничего не знало об убийствах евреев». Эти высказывания были достаточно типичными для ревизионистской мифологии, согласно которой в ходе Второй мировой войны одновременно развернулись две битвы: одна за Германию, другая за национал–социализм. Точно так же Коль говорил и о зверствах, совершенных «именем Германии»: будто бы речь шла о какой–то неземной силе, действовавшей, пока сам немецкий народ оставался в стороне[851].
В течение многих лет в Берлине сознательно поддерживали память о Второй мировой войне, сохраняя заросший щебень, оставшийся от разбомблённых зданий, повреждённые фасады домов. Сам город был разделён стеной на западную и восточную части. Однако многие из примет прошлого уничтожались строителями и реставраторами. Германское правительство готовилось переехать, причём без каких–либо задних мыслей, в те самые здания, которые ассоциировались с самыми мрачными эпизодами истории Третьего рейха. Финансовые эксперты объединённой Германии с комфортом разместились в здании Имперского министерства авиации Геринга; военные размышляли над стратегиями в тех же самых кабинетах, где гитлеровские генералы планировали вторжение на Восток; Министерство труда заняло бывшие помещения Геббельса. Министерству иностранных дел предстояло определять политику в просторных помещениях Рейхсбанка, где ранее хранилось ворованное золото и прочие полученные преступным путём активы. Германскому парламенту предстояло вернуться в печально известное здание рейхстага.
Следующими шагами были планы правительства Баварии превратить руины альпийского убежища Гитлера, так называемого «Орлиного гнёзда», в фешенебельный курорт. В Польше «Волчье логово» (штаб–квартира Гитлера на Восточном фронте) предполагалось сделать частным тематическим парком развлечений, где служащие, одетые в воссозданную форму вермахта и люфтваффе, должны будут вести ночные танцы на «дискотеке гитлеровского бункера»[852].
Медленно, но уверенно, порой незаметно, а порой тяжеловесно прошлое Германии преобразовывалось, полировалось, ретушировалось и замалчивалось, нормализировалось, коммерциализировалось, переупаковывалось и забывалось. Как будто история — это какой–то трюк, который живые проводят с мёртвыми. В Восточном Берлине на месте, где некогда располагался памятник жертвам фашизма и милитаризма, был воздвигнут новый военный мемориал. Однако на нем не были упомянуты ни фашизм, ни милитаризм. Этот памятник «не делал различия между жертвами и преступниками», как отметил глава еврейской общины Берлина Ежи Канал. Неподалёку, в центре города, работавшие на государственные средства художники воссоздали фасад дворца Гогенцоллернов, с тем чтобы жители Берлина смогли с гордостью созерцать через прутья решётки символ старой имперской славы.
851
Searchlight, май 1995 года; Reuters, 1 и 4 мая 1995 года.
852
Searchlight, декабрь 1993 года; Elliot Neaman, «Fascism and postmodernism», Tikkun, ноябрь 1993 года; Gary Krist, «Tragedy–land», New York Times, 27 ноября 1993 года.