Главный противник. Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ
- Автор: Бирден Милтон, Райзен Джеймс
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Международные отношения
- ISBN: 978-5-7133-1634-1
- Переводчик: Юлий Николаевич Кобяков
- Жанр: Военные
Электронная книга - «Главный противник. Тайная история последних лет противостояния ЦРУ и КГБ». Краткое содержание книги:
Книга содержит захватывающую хронику «шпионских баталий» между ЦРУ и КГБ с упором на 1985–1986 годы. Читатель узнает об агентах ЦРУ из числа сотрудников советских разведслужб и оборонных предприятий, об агентах КГБ в разведслужбах США и о выданных теми и другими секретах. В этой связи затрагиваются история с «недоперебежчиком» — полковником КГБ Юрченко и, с другой стороны, действия «крота» в ЦРУ Олдрича Эймса. Показана роль ЦРУ в осуществлении тайных операций по оказанию помощи афганским повстанцам.
Рассказ об исторической дуэли ЦРУ и КГБ завершают главы, посвященные изменениям в их взаимоотношениях в период распада СССР и всей социалистической системы.
В начале года председатель КГБ Крючков создал в центральном аппарате КГБ новое подразделение для ведения внутренней пропаганды. Новое подразделение, получившее название «аналитический центр», действовало независимо от Первого и Второго главных управлений и подчинялось непосредственно председателю КГБ. Крючков освободил Николая Сергеевича Леонова от руководства операциями КГБ в Северной и Южной Америке и поручил ему возглавить новый пропагандистский центр. Леонов получил четкие указания: переломить тенденцию роста опасных настроений либерализма и пораженчества в КГБ.
Для решения этой проблемы Леонов решил сосредоточиться на самом главном, что составляло суть его организации. Он возродит в КГБ былую патриотическую гордость, найдет в исторических корнях этой организации смысл и энергию, которые требовались председателю для подготовки КГБ к решающей великой битве — на этот раз не за социализм, а за выживание Советского Союза.
Леонов, который считался в КГБ вундеркиндом и в 30-летнем возрасте стал доверенным лицом Фиделя Кастро в революционные времена на Кубе, взялся за дело с присущей ему страстью. Тут же на столах и в помещениях КГБ стали появляться брошюры и листовки, подогревавшие патриотический национализм, который, как считалось, всегда тлел в душе каждого русского человека и даже в циничных душах привыкших к городской жизни офицеров КГБ. Лозунгом стало «величие России» — листовки и брошюры не столько превозносили достоинства марксизма, сколько били тревогу по поводу опасных заговоров, завуалированных под перемены.
Леонов неустанно продвигал тезис о том, что целью Соединенных Штатов было уничтожение Советского Союза. Бесконечные вариации на эту тему беспрерывно вплетались в антизападную пропаганду, исходившую с большой помпой из его ведомства. Все это было направлено на то, чтобы поднять патриотический дух рядовых работников КГБ.
Аксиленко пришел к выводу, что в конечном счете все это было дерьмом. Он и его коллеги в КГБ могли бы просто игнорировать это как пропаганду и пустую риторику, если бы это не сопровождалось тревожными приказами. В апреле по распоряжению Крючкова всем офицерам было выдано личное оружие с указанием повседневного его ношения[71].
Почти за два десятилетия до этого Леонид Брежнев провозгласил, что классовая борьба в СССР мирно завершилась победой социализма. В Советском Союзе больше не осталось внутренних врагов. Таким образом, КГБ был «по-тихому» разоружен — офицерам КГБ было приказано сдать личное оружие. Выдавая пистолеты Макарова, а некоторым даже автоматы Калашникова, Крючков готовил КГБ к какому-то, пока еще неизвестному, последнему бою, заключил Аксиленко. Крючков готовился к конфронтации, и он хотел, чтобы его офицеры были вооружены и готовы к действиям. Председатель КГБ, судя по всему, не понимал, что приказ о вооружении только укрепил решимость тех офицеров КГБ, которые считали, что перемены были единственным способом спасти ссср.
Валентин Аксиленко, как и многие другие офицеры, решил тихо уйти в отставку, чтобы не оказаться вовлеченным в патриотическую борьбу Крючкова.
Олдрич Эймс проскользнул мимо моего помощника Дотти и направился прямо к моему столу.
— Милт, я решил, что пришло время для моего возвращения в советский отдел. Я хочу работать с делами. Я хочу вернуться и работать по внутренним операциям.
Я был больше чем озадачен. Передо мной стоял Эймс, чье имя было в коротком списке работников, за которыми надо следить, а он пришел ко мне и почти требует, чтобы я снова взял его в отдел, откуда я его только что выставил. Но помимо этого я обратил внимание на происшедшие в нем перемены. Олдрич Эймс, с которым я накоротке встречался перед его отъездом в Рим, был неряшливым парнем с плохими зубами. Теперь это был практически новый Эймс в спортивном пиджаке и брюках, стоивших полторы тысячи долларов; его зубы, которые мне казались непоправимо испорченными, были покрыты прекрасными коронками, стоившими, на мой взгляд, по тысяче долларов за штуку.
Я ответил Эймсу, что свяжусь с ним. После того как он ушел, я отправился в кабинет Редмонда.
— Рик Эймс сейчас ввалился ко мне в кабинет и заявил, что я должен взять его обратно в отдел и поручить ему работу по самым важным делам. Что ты об этом думаешь?
Редмонд, занимавшийся в это время упаковкой своих вещей для переезда в Контрразведывательный центр, помедлил с ответом. Он просто смотрел на меня, пытаясь понять сказанное мною.
После возвращения Эймса из Рима у службы безопасности возникли некоторые вопросы в связи с его неожиданным богатством. Редмонд, внимательно следивший за работой Контрразведывательного центра по анализу потерь 1985 года, сообщил мне, что там заметили покупку Эймсом дома в Арлингтоне за 500 тысяч долларов, которую он осуществил, не прибегая к кредиту.
71
Чувство брезгливости до сих пор удерживало меня от комментариев по поводу оценок, вкладываемых авторами в уста Аксиленко, с которым я в упоминаемый период служил в одном подразделении. Судя по приводимому ими описанию его внешности («Крупный человек с редеющими рыжими волосами»), они с ним никогда не встречались, а, скорее всего, работали с какими-то письменными материалами, которые он подготовил для ЦРУ. Но дело не в оценках, а в фактах. Утверждение Аксиленко, что в апреле 1991 года личному составу ПГУ было выдано оружие с предписанием его повседневного ношения, не соответствует действительности. Руководящий состав ПГУ всегда имел табельное оружие и разрешение на его ношение. Оружие, закрепленное за рядовыми работниками, хранилось в сейфах начальников направлений — именно такую должность занимал Аксиленко — и выдавалось работникам только на время проведения учебных стрельб в тире под залог удостоверения личности. В рассматриваемый период и в последующее время никаких приказов о повседневном ношении оружия не издавалось. Правда, в этот же период в связи с угрозой нападения на штаб-квартиру ЛГУ, подстрекаемой так называемыми «демократами» толпы с целью захвата архивов разведки, личному составу выдали дубинки и усиленные противогазы типа тех, какими вооружаются подразделения по контролю за массовыми беспорядками. — Прим. пер.