Свод единства. Павший город

Максуд сделал то, что делал уже сотни раз. Он оттолкнулся двумя ногами от земли так, чтобы подпрыгнуть вертикально вверх, и завис в воздухе на секунду. Этого времени ему хватило, чтобы вынуть меч и развернутся в полете. Хлесткий удар по напирающему противнику. Двоим он разрубил лица, двое других из первого ряда от неожиданности остановились в растерянности. Задние ряды нахлынули на них, и они покатились. Максуд же после полного оборота в воздухе приземлился лицом к городу и продолжил бежать, как ни в чем не бывало. Звуки погони ненадолго отстали. Еще через сто метров он снова обернулся. Амалионы выстроились уже в более широкую линию и теперь бежали шеренгами. Они быстро настигали их. Зверь издал нечленораздельный звук и обратил на себя внимание Максуда. Когда воин посмотрел на него, то Зверь указывал немного влево. Максуд повернул голову в указанном направлении. Ближайшие к ним ворота города были открыты и отделение солдат, человек из двадцати спешило им на помощь. Смелые. И глупые. Правильнее было потерять его и Зверя, но сохранить двадцать солдат. Кто-то действовал слишком самоуверенно. Им ни за что не устоять против полусотни амалионов. Максуд и Зверь немного изменили направление бега и направлялись теперь к солдатам. Амалионы не отставали. До солдат они доберутся быстрее, чем до стен города с брошенной веревочной лестницей.

— Меч! — крикнул Максуд Зверю.

Тот не сразу понял, что от него требуется, но на бегу кое-как достал свое оружие и протянул Максуду. Солдаты уже были в пятнадцати шагах. Амалионы в двух. Максуд взял меч и сделал движение, которое делают люди, когда собираются прыгнуть. Он всем своим видом показал, что попытается проделать свой старый прием. Но не подпрыгнул, а пригнулся и разрубил несколько ног мечом в правой руке. А левой рукой занес меч над спиной и разместил его плашмя. Он почувствовал пару ударов по нему. Мечи противника лишь слегка оцарапали ему спину. Он стал вихрем, два меча и ускорение, два острых лезвия и бесконечные обороты вокруг своей оси. Вертелся Максуд, вертелись мечи, вертелся весь мир вокруг него. Максуд не считал врагов. Ему было все равно. Они умирали и умирали, а он вертелся и уворачивался, разворачивался, крутился, раскручивался и снова вертелся и уворачивался. Крики, кровь, разрубленные тела и отрубленные конечности падали на землю. Живых он не оставлял. И остановился только тогда, когда амалионы, которых он видел перед собой, бросились бежать прочь. Наверное, испугались солдат. Максуд выпрямился и склонил два меча остриями к земле. По его рукам от локтей стекала и капала на землю и на мечи кровь. Он смотрел на убегающих амалионов. Не больше десяти. Солдаты молодцы. Он обернулся к ним и на мгновение увиденное заставило его застыть. Солдаты стояли от него шагах в десяти со щитами и мечами в руках почти ровной шеренгой в полной боевой готовности. Никто не шевелился. Всего мгновение понадобилось Максуду, чтобы понять в чем дело. Глядя на их безупречно чистые доспехи было ясно, что они так и не вступили в бой. Немые выражение изумления читались на их лицах. Ему все равно.