«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

Тот и сам почувствовал перемену, а потому срочно отправил к Андронику Комнину епископа Георгия Ксифилина с предложением высших почестей и даров в обмен на прекращение апостасии. Увы, Алексей не знал, что его посол втайне сочувствует Андронику и подробно рассказал тому о шаткости законной власти. Конечно, как великий актер и человек, умевший повелевать людьми, Андроник перед своим войском разразился горячей речью, в которой заочно повелевал протосевасту дать отчет в своих беззакониях, требовал от царицы Марии принять монашеский постриг, а малолетнему царю советовал впредь править по римским законам. И почти сразу же получил известия о том, что Андроник Контостефан открыто перешел на его сторону со всем императорским флотом. Теперь всем стало ясно, что счастливая звезда протосеваста закатилась[886].

Столица также склонилась перед Андроником. Из тюрьмы освободили его сыновей Иоанна и Мануила, а затем и всех остальных заговорщиков. Самого протосеваста в одну из ночей взяли под стражу наемникигерманцы, в полночь отведшие его в темницу, располагавшуюся у патриарших покоев. Откровенно говоря, его нахождение в тюрьме сопровождалось многими издевательствами со стороны наемной стражи, и патриарху пришлось даже вступиться за Алексея. Через несколько дней все было кончено – протосеваста вывели из тюрьмы, на рыбачьей лодке перевезли на другой берег Босфора в лагерь Андроника Комнина, и там ему выкололи глаза. А царица с сыном по приказу Андроника Комнина срочно переехала из Большого царского дворца в Мангаврский дворец.

Теперь «спаситель» Алексея II, бывшего до сих пор лишь пассивным наблюдателем событий, мог с чистой совестью войти в Константинополь. Но ему этого уже было мало: чтобы дискредитировать самого малолетнего царя и его царственную мать, нужен был контролируемый всплеск агрессии, на волне которой Андроник смог бы войти во власть. Способ нашелся очень быстро – тонко чувствуя настроения масс, Андроник объявил войну латинянам. Переправив через пролив лучшие части своей пестрой армии, Андроник предложил столичным жителям совместно напасть на иноземцев и предать их смерти. Перед этим его агенты усиленно распространяли по столице слух, будто протосеваст договорился с латинянами отдать им Константинополь на разграбление[887].

2 мая 1182 г. начался знаменитый латинский погром, внесший свою лепту в ненависть Запада к Византии. Участь западных христиан, оказавшихся в столице, была незавидной: убегая от разъяренной толпы, они оставляли дома и искали только спасения, которого не находили. Их убивали на месте, топили в море, вешали, а имущество латинян немедленно разграблялось или конфисковалось. Погиб даже папский легат Иоанн, находившийся в те дни в столице. Над ним мерзко надругались, а затем обезглавили. Оставшихся в живых латинян византийцы продали туркам в рабство – говорят, набралось до 4 тысяч венецианцев, генуэзцев и сицилийских норманнов. Немногие, найдя спасение на кораблях, направились на Принцевы острова, где сожгли несколько монастырей, а затем направились на Запад, грабя по пути византийские города и селения[888]. «Патриоты» торжествовали, даже не догадываясь, чем обернется для Византии это происшествие через 20 лет.