Невернесс [litres][Neverness]

– Он бежал из Города, – сказал Соли, откинув капюшон своей черной шубы, чтобы я лучше мог его слышать – дул сильный ветер. Ястребиный нос, массивные брови и горящие глаза придавали ему крайне грозный, гневный и мстительный вид. – В ночь перед взрывом он украл собачью упряжку и нарты – об этом мне рассказал владелец. И умчался по морю, словно вор. Зачем, пилот? Смерти он ищет, что ли? Или надеется, что будет жить у деваки или другого племени? Или просто хочет одиночества и забвения? Пока не пройдет сто или тысяча лет – тогда он вернется и снова станет Главным Горологом.

Я, потупив голову, смотрел в кубическую яму, ища мать, – мне сказали, что она находится где-то в верхнем слое тел. Но вода замерзала быстро, и я не мог ее найти.

– Если он вернется через сто лет, – сказал я, – то Город, вполне вероятно, будет мертв. – Я указал на небо в направлении Абелианского звездного скопления, где недавно взорвалась Меррипен. – Сверхновая скоро завершит то, что не сумела сделать бомба Хранителя.

Соли, кивнув, промолвил:

– Твою мать следовало бы похоронить в канторском мавзолее. Ведь она была кантором.

– Нет, она была хибакуся, неспособная помочь сама себе. Пусть покоится среди таких же, как и она, жертв.

– Но ведь ее убил Хранитель? Ты, должно быть, хочешь его смерти.

– Надеюсь, что он жив, – сказал я, впервые в жизни проявив сострадание. – Пока он живет, живет и секрет.

Соли склонил голову и неожиданно сказал:

– Это Хранитель убил наше радио. Теперь это ясно. Он ведь хотел, чтобы наша экспедиция провалилась, так? И поэтому убил Катарину. Если бы мы связались с Городом до того, как… Но мы лишились радио, и Катарина погибла.

– Я любил ее, Соли. Бог мой, как я ее любил!

– Умершие, – прошептал он. Я никогда еще не видел такой горечи на лице человека. – Как их много.

Тогда я заплакал по матери открыто, прикрывая лицо рукой из стыда перед Соли.

– В Городе меня больше ничто не держит, – сказал он, – и потому я слагаю с себя присягу. Настала для меня пора покинуть Орден.

– Куда же ты направишься? – Мне, помимо воли, было любопытно узнать его планы.

– Звезды мне надоели, а Город этот стал ненавистен. На набережной меня ждет собачья упряжка. Поеду по льду куда-нибудь за Квейткель. Выслежу Хранителя – думаю, это будет нетрудно. А когда найду его, проткну копьем, как рыбу, за то, то он сделал с Орденом. – Комок мерзлой земли упал из-под его ног в могилу, ударился об лед и рассыпался. – Больше я сюда не вернусь.

– Но тело Хранителя должно вернуться.

– Нет. Я уйду к деваки. Может быть, Юрий сдержит свое слово и примет меня.