Записки начинающего феодала

— Девчонки, одного залётного графа покормите? — произнёс я, стараясь улыбаться, бывшим пленницам. Бой закончен, пора в норму приходить и считать убытки и потери. Без этого никак. А я в астрале наполовину.

Девчонки что-то ответили. Что-то сообразили на стол, правда, видно, что вчерашнее. Почему с утра начали готовить? А кто им говорил, что нельзя? Еда всегда нужна. Не работягам — так мы после боя отведаем, и так и получилось. Хотя к вечеру, когда город успокоился, сюда пошла и беднота, но утром и в обед потчевались мы.

И только тут, за столом, накрыл отходняк. Крики раненых, которых приказал не щадить. Вопли женщин в домах, куда врывались. Это был… 3,14сдец. Но я шевелил ложкой и наяривал гретую овсяную кашу, стараясь держать покерное лицо. Я — граф. На меня — смотрят. И я больше не начинающий феодал Ричи, я сто семнадцатый граф Рикардо Пуэбло, сын своего отца, внук своего деда. И вообще наследник своей родни, а у меня та ещё семейка. Не только мой отец короля на йух посылал, и до этого боевые пращуры попадались регулярно. Ибо у нас тут орки, не станет нас даже наикрутой король просто так трогать, чем мы всю историю и пользовались. Такой авторитет семьи нельзя ронять, даже если ты залётный попаданец и тебе хреново.

Потом, позавтракав, взял себя в руки и пошёл интересоваться, что там и как в датском королевстве? Гонцы от других баронов уже отчитались — нашли меня в таверне, один за одним, по очереди. Были атаки на трое ворот, все отбиты. Атаки на казармы не было, только блокада, но зато самая серьёзная — деблокировать смогли только ударом конницы Алькатраса в спину нападавшим. У баронов не было всемогущего меня, способного не спалить, но всяко напугать волной огня снайперов-арбалетчиков на крышах. А потому потери были у всех. Но не настолько всё плохо, как боялся. В сумме около сорока человек не досчитались мы в Магдалене этой ночью. Из пяти сотен. М-да…

Однако настроение у личного состава не было подавленным, отнюдь. Все праздновали победу и смотрели на проходящего мимо меня и моих телохранов с восхищением. Средневековье — мир Личности. Если ты удачливый полководец, с тобой можно награбить хорошей добычи — на тебя молиться надо, с тобой на край света пойдут. А чо б с фартовым перцем-то не сходить? А потери? Это дело солдатское — умирать. Нам, цветочкам постмодернизма многое здесь с наскока не понять. Над ценностью человеческой жизни тут никто не трясётся.

Подбежал один из десятников Мериды. Козырнул прижатым к груди кулаком, доложил, что дома всех бунтовщиков взяты под стражу, то есть под охрану, когда будет приказ начинать собирать трофеи?

Рано. Сильно рано. Я ждал людей Клавдия. Приказал ничего не трогать и охранять до победного — это слишком сложный вопрос, чтобы решать сгоряча. Быстро двинулся к дому бургомистра — у меня два десятка бойцов, должен справиться, если что, а из запертого города эта сука всяко не уйдёт. Но опоздал, Ковильяна лично, в смысле во главе своих воинов, волок урода в сторону Сенатской площади. Дом сеньора бургомистра дымился, но меня заверили, что самое ценное вынести успеют. Махнул рукой — пускай их. Вину этого перчика докажем, никто не предъявит, а собирать трофеи воины дядьки Рикардо умеют — опытные.