Синдер [ЛП]

— Я бы с удовольствием.

Но, конечно, Джессалин не могла оставить меня с ним.

— Я боюсь, что Синдер мне нужен.

— Я думал, ты собираешься спать, — сказал Ксавье, приподнимая брови. — Конечно, с этим тебе не нужна помощь Элдона.

Это предложение заставило нас с Джесс покраснеть.

— Конечно, нет, — сказала Джессалин. — Но сначала я хочу принять ванну. Мне нужен Синдер, чтобы натаскать воду.

— Я уверен, что кто-нибудь из гостиницы сможет помочь.

Она расправила плечи и с вызовом откинула волосы назад.

— Я не позволю посторонним входить в мою комнату.

Выражение лица Ксавье стало скептическим. Он слегка откинулся на стуле, видимо, раздумывая, сдаваться или нет.

— Сир? — придвинувшись к нему поближе и повернувшись спиной к Джессалин, я смог создать у нас иллюзию уединения. Понизил голос, надеясь, что она не сможет услышать. — Я найду тебя позже.

На его лице расцвела широкая и красивая улыбка.

— Я бы хотел этого, — сказал он, подражая моему приглушённому тону.

То, что я при этом увидел в его глазах, заставило мои щёки покраснеть, а сердце подпрыгнуть. Это не было романтичным или наводящим на размышления. Просто искренность его желания увидеть меня и провести со мной время. И это заставляло меня страдать так, что это было и волнующе, и душераздирающе.

Он был ветром, и я бы поймал любую его частичку, до которой смог бы дотянуться.

— Кем ты себя возомнил? — Джессалин набросилась на меня, как только мы остались одни в её комнате. — Пьёшь с ним шампанское! Сидишь за столом, как будто вы равные!

— Он пригласил меня.

— Это выглядит жалко! — она практически выплюнула это слово в меня. — Здесь, на дороге, где вокруг только стража, он может относиться к тебе как к другу, но как только мы окажемся во дворце, он забудет тебя. А потом я отправлю тебя домой.

Её слова задели, потому что был шанс, что она права. Во дворце у него, вероятно, были и другие друзья — мужчины, которые действительно были ему равны во всех отношениях. Но не было смысла беспокоиться об этом, и ещё меньше смысла спорить.

Я проигнорировал всё, что она сказала после этого. Я не высовывался и делал свою работу. Она продолжала ругаться, бросая в меня колкости, говоря, что я дурак, что я ничто. Я не произнёс ни слова, и в конце концов она перестала меня подначивать.

Когда ванна была готова, и я убрал ведра, то пожелал ей спокойной ночи и повернулся, чтобы уйти.

— Я не говорила, что ты можешь уйти! Я не позволю тебе сбежать, чтобы рассказывать

принцу обо мне лживые байки!

Моя хватка на дверной ручке усилилась до побелевших костяшек пальцев.

— Я знаю своё место, — сказал я сквозь стиснутые зубы. — Сегодня в карете ты всё совершенно ясно изложила.

— Я всё ещё не доверяю тебе.

— Похоже, я мало что могу с этим поделать.

— Я могу приказать тебе остаться.

Моему терпению пришёл конец. Да, я работал на неё, но я ей не принадлежал. Я повернулся к ней лицом.

— Я ухожу, — сказал я. — Давай, кричи. Пусть вся чёртова гостиница услышит, как ты бесишься. Ты действительно думаешь, что это поможет? И как думаешь, мнение принца о тебе улучшится?