Сквозь пласты времени. Очерки о прошлом города Иванова
- Автор: Герасимов Венедикт Вонифатьевич
- Год: 1988
- Язык: русский
- Год: Верхне-Волжское книжное издание
- Жанр: История
Электронная книга - «Сквозь пласты времени. Очерки о прошлом города Иванова». Краткое содержание книги:
Специальный раздел посвящен водным источникам в черте города — реке Уводи, ручьям и прудам, сыгравшим большую роль в развитии текстильной промышленности.
Не претендуя на всеобъемлющее освещение истории города и его примечательных мест, книга, тем не менее, представляет интерес для каждого, кто интересуется прошлым родины первого Совета.
Если верить народной молве, в старину из корпуса имелся тайный подземный ход на берег Уводи.
Культовым целям здание служило в течение 120 лет — до 1930 года. В разное время оно считалось то молельней, то часовней, то Казанской старообрядческой церковью. Есть даже упоминание о том, что в нем находилась «австрийская молельня» — возможно, для военнопленных австрийцев. Впрочем, все это малоинтересно. Для нас здание представляет ценность именно как текстильная мануфактура, где родилась широкая слава многокрасочных ивановских ситцев.
«Лесная» топонимика
«В старину Иваново было окружено густыми лесами». Эта фраза столь часто встречается в книгах о прошлом нашего города, что уже не производит впечатления.
Живописнее обрисовал эти дебри И. Волков. В книге «Ситцевое царство» он приводит слова своего деда, Данилы Волкова, относящиеся к восьмидесятым годам прошлого века:
«Эх, бывало, в наших ивановских лесах и заблудиться легко было, особливо в серый, бессолнечный день… Попадешь, бывало, в лес, заплутаешься, идешь-идешь целый день, а то и два дня идешь, и конца-краю этому лесу на находишь… А какой лес был: сосны в три обхвата, березы аршин на сорок в вышину…»
Леса было обилие, а рубили его мало, в основном на дрова да на крестьянские постройки. И на продажу он не шел из-за трудности с вывозом: Уводь в нескольких местах перекрывали мельничные плотины, и сплав был невозможен.
Положение изменилось с появлением в Иванове мануфактур, а затем и фабрик с паровыми машинами. Резко увеличился спрос на строительную древесину и дрова. Владелец вотчины Шереметев не замедлил пустить в ход лежавшее до сих пор втуне богатство. Нимало не задумываясь о том, к чему может привести массовая вырубка лесов, он стал продавать их большими участками, лишь бы выручить куш посолиднее. Покупателями являлись, прежде всего, его же собственные крепостные — «капиталистые» крестьяне, владельцы ткацких светелок и набоечных заведений. Разумеется, в первую очередь они приобретали тот лес, что находился ближе к селу, чтобы не тратиться на перевозку.
К концу XVIII века окрестности Иванова большей частью превратились в пустоши, поросшие кустарником и мелколесьем, местами распаханные или превращенные в выгоны. Лес сохранился сравнительно небольшими островками.
Долгое время, например, стоял нетронутым бор Круглиха, непосредственно примыкавший к вотчинной конторе Шереметева. По этому бору Крутицкая улица имела второе, более раннее, название — Большая Круглиха. Можно предполагать, что лесной массив был компактен и имел в плане круглую или овальную форму, откуда и название.
Там, где сейчас находится памятник Федору Афанасьеву (Отцу), двести лет назад шумела листвой Гандурина роща. Она также была остатком прежних лесов, окруженным со всех сторон сельскими постройками. А называлась роща, как это часто бывало в старину, по фамилии своего владельца — «капиталистого» крестьянина Гандурина. Уже тогда это семейство владело немалым богатством. Судя по сохранившимся документам, у братьев Гандуриных имелось во владении около 150 десятин земли, десять — покосу и почти 50 десятин лесу.
На плане села 1774 года значится еще один зеленый массив — бор Денежкиной Выти. Находился он на правом берегу Уводи в районе между нынешним Соковским мостом, хлопчатобумажным комбинатом им. Самойлова и улицей III Интернационала.
В наши дни название бора звучит загадочно. Попробуем выяснить, откуда оно взялось. В старину слово «выть» имело несколько значений. Так называли участок земли, реки или озера, предназначенный для рыбной или звериной ловли. Размер выти при этом определялся характером местности.
Далее, выть в Московском государстве означала мелкую податно-платежную единицу. На выть, куда входила пахотная земля с угодьями, раскладывался платеж податей. Кроме того, вытью называлось вознаграждение за причиненный вред.
И в первом, и во втором значении это слово в нашем крае употреблялось широко. «Иваново делилось на выти, — читаем в книге Я. Гарелина. — Каждая выть заключала в себе 50 тягол и составляла главное мерило… для сбора доходов по Ивановской вотчине. Раскладка оброчной подати для помещика и на разные вотчинные и мирские расходы производилась по вытям».
Следовательно, можно считать, что возле бора имелся значительный клин запашки, и крестьяне, обрабатывавшие эту землю, платили денежную подать.