Гитара или стетоскоп? [Повесть и рассказы писателей ГДР]

Балтус замолкает. Девочка оглядывается на него через плечо, в ее взгляде — ожидание. Он продолжает:

— И вот лежит он, жалобно чирикает под яблоней. Лежит, постанывает от боли, потому что ножки у него переломаны. Воробьи-родители еле-еле донесли свое воробьиное чадо до гнезда и вызвали птичьего врача. Врач наложил на ножки нашего воробушка шины, а родители принесли ему самые изысканные сладости, какие только могли найти. Совсем скоро воробушек выздоровел. К этому времени, его братья и сестры выучились летать и покинули родное гнездо. Нашему воробышку тоже нужно было научиться летать, да побыстрей, но он очень боялся, и совсем не верил в свои силы. Что, если он не полетит, а снова упадет на землю? Весь взъерошенный, он пугливо сидел на краю гнезда и, как ни уговаривали его родители и птичий врач, никак не мог отважиться взлетать. И вот тогда они втроем взяли его под крылышки и полетели вместе с ним, а потом, в воздухе, отпустили. И — о, чудо! — он полетел, да еще как здорово, он ни за что и никому не поверил бы, если бы ему сказали, что он может так здорово летать. А как мастерски он потом приземлился! На земле он отдохнул, но совсем чуточку, и решил немедля взлететь снова, ведь ему очень хотелось узнать, получится ли у него, когда ему никто не будет помогать. С тех пор прошло время, и он стал настоящим асом, летает даже выше и быстрей голубей.

Пока Балтус рассказывал Кристине историю о воробье, они успели объехать вокруг больницы и теперь снова оказались у куста с сиренью.

— Жаль, — говорит он, — мне уже пора на свою работу, если ты хочешь, завтра я приду снова.