Спасти род

— Стихийная кома.

Стоя у койки матери, Алекс сам все еще был одет в больничный халат.

— Это… что это…

— Слишком много энергии потратила, — объяснил доктор-стихийник. — Ваша мама использовала само тело резервуаров, чтобы создать технику, это привело к обширным повреждениям их структуры. В какой-то степени она все еще четвертый ранг, но в реальности Стихия для нее сейчас недоступна. Из-за этого и организм не может нормально функционировать.

— Это можно вылечить?

— Можно, — ответил врач уверенно. — Тема достаточно хорошо изучена, так что алгоритм лечения понятен. Сначала нужно восстановить общий тонус структуры. Это может занять несколько месяцев, но что делать мы знаем, каких-то трудностей возникнуть не должно. А вот потом… потом будет сложный момент. Для восстановления резервуаров Анастасии Федоровне потребуются Стихийные Сердца. А учитывая ее ранг… Большие Стихийные Сердца. В другом случае можно было бы обойтись одним, но так как она серая… нужны оба. И Сердце Света и Сердце Тьмы. Товар редкий, сами понимаете, но я уже поставил Анастасию Федоровну в очередь. Уверен, для нее Сердца найдутся. Но в любом случае, вы должны набраться терпения — пройдут месяцы, прежде чем мы сможем надеяться на какое-то улучшение.

— Я… я понял, доктор Армено, — произнес Алекс, сглотнув. — Спасибо.

— Крепитесь, юноша.

Кучерявый чуть полноватый врач вышел из палаты, оставив парня наедине с бессознательной матерью. Я завис по другую сторону койки, исследуя энергетику женщины и, если честно, мне с трудом верилось, что тут что-то можно сделать. Если внешне Анастасия выглядела здоровой, то внутренне напоминала пустой сосуд. Резервуары были практически полностью выжжены.

— Прости, мама… я… прости…

По лицу парня потекли слезы.

Я, глядя на него, поморщился. С одной стороны, сложно было его винить — самое время дать немного волю эмоциям, а с другой… сам ведь накосячил, разве нет? Что теперь горевать — исправлять надо.

— Соберись! — скомандовал я минут пять спустя.

Не получилось.

Если смерть отца добавила парню знаний о мире, то произошедшее с матерью наоборот сделало его слабее как культиватора. Это была уже не первая моя попытка. К сожалению, парень перестал меня слышать.

Постепенно Алекс все-таки успокоился. Умылся, кажется, даже собрался сходить позавтракать, но на выходе из палаты его перехватили.

И была это… Мари.

Выглядела она соответственно случаю. В неброской одежде, без какого-либо намека на сексуальность, чего при ее внешности добиться было нелегко. На лице — растерянность, печаль, участие. Может я и придирался, конечно, и она правда переживала, но зная о ее участии, мне сложно было поверить в этот маскарад.

— Алекс! — воскликнула она, подойдя. — Я только узнала… я даже не знаю… Бедная тетя Настя… Ты говорил с докторами? С ней все в порядке будет?

Несколько секунд парень молча на нее смотрел, потом произнес:

— Пока непонятно.

— Я… я поговорю с папой! — выпалила она. — Если нужна какая-то помощь или…

— Мари, — перебил ее Алекс. — Спасибо, что пришла, но я хотел бы один пока побыть.

— Ты… ну если ты так думаешь…

— Да.

— Алекс… — всхлипнув, девушка прижалась к парню и коснулась его щеки губами. — Алекс, если тебе нужно будет поговорить, сразу звони, знай, что ты не один. И что…

— Привет, Мари.

И Алекс и Мари вздрогнули, услышав голос. Даже и я сам, сказать по правде, не заметил как она подкралась…

— Привет, Софи, — протянула девушка в ответ. — Я только узнала про Анастасию Федоровну, и вот пришла…

— Ну да, я так и поняла, — ответила Софи с какой-то странной интонацией, которую сложно было интерпретировать.

— В общем… я уже все сказала, — Мари отстранилась от Алекса. — Если будет нужна какая-то помощь, то сразу звоните.

— Ага, спасибо, позвоним, — все тем же тоном ответила Софи. — Пока.

— Пока.

Напоследок Мари еще бросила сочувствующий взгляд на Алекса и немного недоуменный — на Софи. Потом развернулась и двинула в сторону выхода. Возникло желание последовать за ней. Девчонка была системницей, но всего лишь второго ранга — против нее «лезвие» точно бы сработало…

Подумав секунду, я решил все же не спешить. С ней у меня еще будет разговор. Вероятно, уже не в виде духа, но будет.

— Я же сказал чтобы ты осталась дома, — произнес Алекс.

Однако Софи его замечание проигнорировала.

— Значит это правда? — спросила она тихо.

Вот теперь ее голос перестал звучать неестественно. Я понял, что на самом деле она в шаге от срыва.

— Что правда? — посмотрел парень в ответ.

— Что ты поехал к этой шлюхе, напился, а на обратном пути попал в аварию, — проговорила Софи на выдохе. — Потом приехала мама и ценой своей жи… — она оборвалась, — своего… здоровья спасла тебя. И теперь неизвестно, очнется ли она когда-нибудь.

Из ее уст все это прозвучало еще болезненней. Я бросил взгляд на парня… а ведь после такого можно и не оправиться…

— Правда, — сказал он.

— Понятно.

Молча от него отвернувшись, Софи вошла в палату матери.