Сильнее света

– На охлаждение двигательного ядра – совершенно не знаю, что это за штука, но в космическом аппарате оно тоже было, в самой середине – для перемещения фотокамеры требовалось совсем немного жидкого азота и всего один магнетрон от СВЧ-печки, – рассказывал он. – Правда, от этого магнетрона микроволновое излучение распределялось по нескольким волноводам, чтобы попасть на охлаждаемый объём со всех сторон. Зачем-то так было надо. Да ещё длина волноводов тщательно рассчитывалась, чтобы не сдвинуть фазу. Он мне показывал эту трубу с волноводами, её как будто железный осьминог поймал. С квадратными щупальцами. В смысле, у волноводов этих квадратное сечение, а не круглое. Весы показывали, что в течение целых тридцати секунд бокса с камерой в трубе не было. Ну, тридцать секунд – это рекорд, сначала были доли секунды, потом больше… Но и снять она ничего не смогла, хотя помещалась в прозрачном боксе, изолирующем её от суровых условий космического вакуума. Кстати, этот бокс – в миниатюре копия их капсулы. Вы его в их вещах не нашли? Или нашли и сочли детской игрушкой или камерой для подводных съёмок? Впрочем, они могли и продать её именно в таком качестве, деньги приходилось экономить… В конце концов, экспериментатор пришёл к выводу, что получить и доставить сюда снимок мешает запрет теории относительности. Камера могла оказаться там и вернуться, виртуально, ну, как появляются и исчезают виртуальные частицы, нарушая запрет постоянства массы на очень короткое время, чтобы неопределённости массы и энергии не выходили за рамки соотношения неопределённостей. Но снимка она не сделает. Вот если бы в его семье не историю с видением передавали, а старинную фотографию окрестностей Ахернара, он раздобыл бы старинную фотокамеру, отправил бы её и… получил бы ту самую фотографию! Только новенькую. А старая исчезла бы. Или нет? Такой опыт был бы очень интересен. И уж точно более безопасен, чем лезть самим в космический аппарат, который, как уже из самого видения следовало, имел неплохие шансы не вернуться. Однако, если и есть в природе какая-то судьба, рок, фатум, то в этой истории эта вещь имеет очень определённый вид. Назвался груздем – полезай в кузов. Это русская пословица. И ещё: любишь кататься – люби и саночки возить. Я только наполовину ирландец, мать была русская. У меня тоже была семья до детдома, как у тёзки. Оба мы с ним такие, не с младенчества сироты. Оба и в детдоме не приживались никак. Только у него была семейная легенда о достижимости звёзд, и он решил стать лучше всех в своём деле. Ведь легенда твёрдо обещала, что он станет, сумеет, куда же деваться? А я стал лучше всех в своём воровском деле, что похуже многих во многом другом. Но я рад, что помог ему осуществить свою миссию. Хотя при этом он сбежал из-под власти бюрократов в полную неизвестность.