Связанные Зоной 2. Цепь

– Конечно, понимаю, – Антон повесил сумку на плечо и поправил пояс под одеждой, в котором спрятал немаленькую сумму наличных. – Не буду утверждать, что я в здравом уме, но на память не жалуюсь. Я прекрасно помню, что это за место – Зона, и вовсе не хочу туда возвращаться, но и Сашку там оставлять нельзя.

Ситуация отчасти напомнила ему ту, что случилась со сталкером по прозвищу Кремень, когда тот узнал, что половина артефакта «цепь судьбы» оказалась вживлена в руку сына – Сашки, а другая в кого-то, находящегося в Зоне. Дамоклов меч, нависший над жизнью мальчика, заставил отца отправиться на поиски второго носителя. В итоге вторая половина досталась Антону, и теперь пресловутый меч завис уже над ним самим.

– Находиться в Зоне всё равно, что по минному полю гулять. Так что, пока Сашка там, мне покоя не будет.

– Можно подумать, когда он здесь был, ты в таком умиротворении пребывал. М-м-м!

– Ты знаешь, о чём я.

– Знаю, но всё равно не одобряю твою затею. Одно радует, что фирма, наконец, станет моей.

– Не дождёшься!

– Дай помечтать! – усмехнулся Виктор. – Рита так и не позвонила?

– Нет, – Антон не хотел поднимать эту тему сейчас.

Он не знал, что ждёт его впереди. Слишком давила абсолютная беспомощность, чтобы здраво соображать. Одно желание преобладало над всем: поехать и вытащить Сашку из Зоны. Но от одной лишь мысли, что придётся вернуться в это треклятое место, бросало в холодный пот, и страх, размахивая ледяным кнутом с тремя хвостами, заставлял биться в немой истерике.

Невероятным усилием воли Антон вынудил себя решиться. О чём и сообщил другу и девушке позавчера вечером.

Узнав, что он затеял, Рита не выдержала. Сказалось накопившееся напряжение последних недель, когда она не отходила от Антона ни на минуту, переживала всё вместе с ним. Она попыталась уговорить его отказаться от задуманного, но поняла, что не сможет. Помогать в осуществлении его «самоубийственной затеи» Рита не захотела. Как и оставаться потом в доме, в одиночестве ждать и гадать, жив он или уже сгинул. Поэтому, покидав вещи в чемодан, она села в машину и уехала к матери.

Виктор же сначала попробовал отговорить Антона, но потом стал помогать собираться. Все попытки разработать хоть какой-то план действий завершились мнением, что надо покупать билет и решать на месте.

– Что ж.., – протянул Виктор. – Всё образумится. Надеюсь. Присядем на дорожку.

Присели. Помолчали.

– Ну, – поднялся Виктор, – проваливай!

Друзья обнялись.

– В этот раз хотя бы не сбегаешь втихаря! – подначил напоследок товарищ и напутственно похлопал по плечу.

Такси отвезло Антона в аэропорт. Пока добирались, в груди не переставало противно ныть. Отчасти потому, что с Ритой не попрощался, но в основном из-за отсутствия чёткого понимания, что именно нужно делать и к чему могут привести те или иные поступки и действия.

Только в самолёте, когда решимость и уже сделанный первый шаг вытеснили страх, Антон кое-как привёл мысли в порядок. Когда объявили посадку, у него уже имелся более-менее приемлемый план. И страстное желание, чтобы всё прошло именно так, как задумано.