Пьесы

Я речь вела о том, что и теперь, как прежде, Вы первенства ничьей не дарите надежде И ждете, не судя пристрастно их заслуг, Чтоб волею отца вам избран был супруг. Он принял эту весть с восторгом, о котором Свидетельствовал въявь и голосом и взором, И так как я должна вновь повести рассказ, То вот, что он про них отметил и про вас: "Она блюдет свой долг, ее достойны оба, В обоих кровь чиста, смелы, верны до гроба, И юношеский взгляд легко дает прочесть Отважных пращуров блистательную честь. Особенно в чертах Родриго молодого Дух высшей доблести запечатлен сурово, И древний дом его так много знал побед, Что в нем под лаврами рождаются на свет! Отец его являл, в расцвете сил телесных, — Примеры подвигов поистине чудесных. Изрыты славою бразды его чела, Вещая нашим дням минувшие дела. Сын подает отцу залог достойной смены, И я одобрил бы любовь к нему Химены". Он поспешал в совет и должен был пресечь, Теснимый временем, чуть начатую речь. Но после этих слов едва ли есть сомненье, Которому из двух он дарит предпочтенье. Сегодня должен быть наставник принцу дан; Лишь вашему отцу пристал подобный сан; Он столь бесспорными заслугами украшен, Что из соперников ему никто не страшен. Не зная равного на поле славных дел, По праву он возьмет ожиданный удел, И, так как с ним самим дон Дьего хочет ныне, Чуть кончится совет, поговорить о сыне, Вы можете судить об отклике отца И долго ли вам ждать счастливого конца.