Я (не) люблю тебя... Прости
- Автор: Григ Гала
- Язык: русский
- Жанр: Короткие романтические романы
Электронная книга - «Я (не) люблю тебя... Прости». Краткое содержание книги:
Оказывается, произнести эти слова очень сложно. Особенно, если надо сказать их человеку, с которым тебя связывают пять лет гражданского брака, полных любви и совместных устремлений в будущее.
Особенно, если все пять долгих лет ты постоянно упрекала его в том, что тебе надоели намеки родных и близких и пора узаконить отношения.
Особенно после того, как он, наконец-то сделал предложение руки и сердца.
Особенно, если все твердят, какой он хороший.
Особенно, когда, наконец, его материальный статус превзошел все ожидания.
Особенно… особенно… особенно.
— От хорошей жизни девушки по утрам не шастают по улице и не ломают ноги. Кстати, а кто хозяин псины, ты выяснила?
— Зачем это? Просто прохожий. Выгуливал собаку.
— Этого просто прохожего следует наказать за то, что собака без поводка свободно разгуливает по улице и пугает людей! Я займусь этим.
Мирослава не сомневалась, что он-таки сделает это. Поэтому она, ласково заглядывая отцу в глаза, убеждала его отказаться от мести.
— Папочка, но ведь он помог мне. Он извинился, вызвал Скорую. То есть сделал все, что мог. Да и собака у него достаточно мирная. Я испугалась больше от неожиданности, чем от ее вида.
— Ну ладно, а с твоим-то что делать будем?
— То есть? А что с ним надо делать? Ты бы позвонил, успокоил его.
— Ну уж нет, пусть сам найдет тебя. А если нет, то домой, милая. Домой. И не нужен тебе такой муж.
Разговор отца с дочерью принимал угрожающий характер. Все усилия Мирославы расположить отца к Михаилу могли сойти на нет. А она даже не знала, чего сейчас хочет больше. Уехать с отцом, и пусть этот лежебока терзается неизвестностью. Или все-таки лучше, чтоб он сейчас появился в больнице, доказывая свою заботу о ней.
Но его не было. Врач не возражал против того, чтобы она отлежалась с тугой повязкой дома. Отец настаивал… И Мирослава сдалась.
Глава 15
Мать встретила Миру с мужем, недоумевающе переводя взгляд с одного на другую. Пришлось объяснять все с самого начала.
— А как же Миша? Он до сих пор не знает, где ты? Он ведь волнуется, — слова ее были вполне закономерны. Но Мира прониклась настроением отца, разделяя его точку зрения, что у Миши было достаточно времени, чтобы выяснить, где она. В ней проснулась обида и желание помучить нерадивого будущего мужа.
Когда же он, не выдержав неизвестности, заявился к родителям Славы, его ждал достаточно холодный прием. Искренне сочувствовала ему только Людмила Гавриловна. Тогда как Мира и Павел Афанасьевич поставили ему на вид, что он равнодушный и ленивый человек. И в этом была существенная доля правды.
В свою очередь, Миша обиделся на Славу, что она не позвонила ему даже тогда, когда могла воспользоваться телефоном отца. Ситуация «милые бранятся — только тешатся» усугублялась вновь появившимся недовольством Павла Афанасьевича. Он даже разговаривать не пожелал с будущим зятем.
Это была уже серьезная размолвка, в результате которой Мирослава пробыла в родительском доме до полного выздоровления. При этом она находила все новые и новые недостатки у Михаила. То считала, что он недостаточно внимателен к ней во время болезни. То была недовольна его бездействием в подготовке к свадебному торжеству. То вдруг заявляла, что кольца, купленные им, отличаются друг от друга, а она мечтала об абсолютно одинаковых.
Людмила Гавриловна объясняла капризы дочери необходимостью постоянно находиться дома. Правда, она не знала, что начало недовольству было положено еще при встрече Миры с Машей. А усугубились отношения после ссоры, о которой Мирослава предпочитала умалчивать.
Как бы там ни было, нога быстро восстанавливалась. День свадьбы приближался. А холодок, возникший вследствие назревающего кризиса, естественного для молодых пар, проживших вместе почти пять лет, не проходил.
Даже наоборот, взаимное недовольство друг другом нарастало. Михаил, чувствуя, что Мирослава отдаляется от него, настаивал, чтобы она вернулась к нему. И, надо сказать, был прав. Рядом с отцом Слава изменилась. Стала жестче, требовательнее. Но стоило им остаться наедине, как в ней просыпалась прежняя любящая и добрая Мира. Скучающая по ласкам Миши и мечтающая поскорее оставить родительский дом.
Однако, оставшись одна, она мучилась сомнениями. Взвешивала все за и против будущего замужества. И с сожалением признавала, что прежней остроты чувств не осталось.
«Куда все делось? — думала она, — ведь я готова была бежать с ним на край света. Любила ли я его тогда? И если да, то почему сейчас мне кажется, что не буду с ним счастлива?»
Мать, наблюдая терзания дочери, успокаивала:
— Славушка, все невесты перед свадьбой переживают, нервничают.
— Мама, о чем ты говоришь? Ведь мы вместе уже более четырех лет. Мы просто надоели друг другу. А расписываемся, потому что так положено. Чтобы как у всех — штамп и свидетельство о браке. К тому же, банкетный зал заказан, все оплачено. Даже платье давно висит в ожидании торжества…
— Знаешь, — продолжала она, — я думаю, мы упустили тот момент, когда все кажется в розовом цвете, а любые препятствия только раздувают пожар любви. Нам бы давно оформить отношения. Чего тянули — сами не знаем.