Электронная книга - «Lucky». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
И вот так всю дорогу я слушала подобный бред, искренне недоумевая, с какого такого просветления он вдруг устраивает мне сцены? Вообще-то я, например, застав его член в постороннем блондинистом ротике, молча вышла, не мешая процессу. Потому что весьма странно устраивать сцену ревности человеку, который не мой и моим не будет. Как бы сильно мне этого не хотелось. Вопрос. Он тогда что исполняет? В итоге выбесил Разумовский меня настолько, что я исключительно ради его бешенства, усевшись в зале, принялась изображать из себя что-то среднее между искательницей приключений и шлюхой обыкновенной.
Сынка Фомы заметила сразу. Бедолага, только что слюной не давился, кидая в мою сторону красноречивые взгляды. Симпатичный. А глаза холодные, змеиные. В силу хорошего образования мне в таких ситуациях всегда вспоминался знаменитый монолог Воланда.
"Эти глаза не лгут. Ведь сколько же раз я говорил вам, что основная ваша ошибка заключается в том, что вы недооцениваете значения человеческих глаз. Поймите, что язык может скрыть истину, а глаза – никогда!" – сказал как-то этот умнейший литературный дьявол. И я была с ним полностью согласна. Так вот, у Ильина-младшего был взгляд садиста и маньяка. От этой мысли стало немного легче.
Я строила глазки. Разумовский бесился. В итоге все дошло до самых, что ни на есть настоящих разборок.
– Прекрати светить чулками на весь зал. – Прошипел гад сквозь стиснутые зубы.
– Да отвали ты, наконец. Пистолет, когда дашь? Смотри, вон дочка мэра. Все, как Фома и говорил.
Я старательно отвлекала внимание Саши в сторону дочурки Борова, чтоб чернявый не понял, о наличии в этом заведении у меня еще одного интереса. Заигрывания с Ильиным он должен был воспринимать только, как желание побесить его барское величество. Короче, чувствовала себя, словно Мата Харри, опасаясь лишь повторить ее судьбу.
А вот дальше все пошло как-то наперекосяк. Вернее, указания Невзрачного я выполнила идеально. На той встрече в сауне он велел мне всячески соблазнять Ильина – младшего, а затем спровоцировать скандал с вытекающей из этого коллективной дракой. Для чего, собственно говоря, и был нужен мой кавалер по задумке хитрого мужика. Тут все получилось без сучка, без задоринки.
Как-то странно сложилось с дочерью Охритько. По версии Фомы я должна была проследовать за ней в туалет и там выстрелить. Однако Сашенька никакого пистолета мне не дал, а в драке с Ильиным принял участие с таким энтузиазмом, что я грешным делом заподозрила, не подыгрывает ли этот гад мне. Но тут же данную версию отмела по причине ее глупости. С чего бы Разумовскому помогать убийству сына своего шефа? Правильно. Не с чего.
Выстрел я, в отличие от всех, услышала сразу. В изумлении посмотрела на свои пустые руки, потом на упавшую девицу. Что за бред? Еще один стрелок? Откуда? Оглянулась в поисках Сашеньки, но мой герой пропал в мешанине тел. Однако между топчущихся ног вдруг мелькнуло лицо Ильина-младшего, лежавшее почему-то на полу. Присмотревшись, увидела лужу темно-бордового цвета, вытекающую из-под бока, на котором устроился мой несостоявшийся кавалер.
Именно в этот момент Разумовский выдернул меня из толпы и потащил на улицу.
Теперь мы мчали на полной скорости к моему временному пристанищу, и весь вид Сашеньки вопил о том, насколько он зол.
Заговорить барин изволил лишь, когда мы оказались внутри квартиры.
– Обязательно нужно было тереться об его член?
Я даже замерла от неожиданности на одной ноге, снимая жутко неудобные туфли.
– Что?
Переспросила на всякий случай. Вдруг мне с устатку померещилось.
– Я говорю, все вы бабы –шлюхи конченные.
– Вот ты дебил, однако.
Это все, что у меня крутилось в голове на данный момент.
Пошла в комнату, однако Сашенька рванул меня на себя, разворачивая и прижимая спиной к стене.
– А если бы мы просто там отдыхали, по-настоящему, без всяких интересов? Дала бы ему? Видела, как подвис на тебя молокосос?
Его рука потянула край моего и без того совсем не длинного платья вверх. Я дернулась, выворачиваясь из его рук. Куда там. Силен, гад. Мы стояли, соприкасаясь телами. Мое сердце молотилось, как сумасшедшее. Он смотрел прямо в глаза, рукой скользнув на ягодицы и принявшись их поглаживать.
– Отпусти.
– Уверена?
Я со всей силы оттолкнула Разумовского, отрываясь, наконец, от возмущающего все мои мысли и не только, мужского разгоряченного тела. Подошла к окну и уставилась в темноту улицы, всячески стараясь успокоиться.
Саша хмыкнул, не понятно, что желая этим сказать, а потом демонстративно лег на кровать, не снимая одежды и, закинув руки за голову, принялся изучать потолок.