Бумажные крылья [publisher: ИДДК]

– Нет для Руки Бога другой жены, кроме службы Брату, и нет другого сына, кроме приказа Брата. Нет для Руки Бога иного богатства, чем милость Брата, ибо придет душа его в Ургаш нагой.

Вместо ответа Махшур прошипел что-то малоприличное насчет того, чей бы ишак хрюкал о законе, и велел обоим исчезнуть с глаз долой.

– А как же тренировка учеников? – сделал наивное лицо Орис.

– Мальчишками будет заниматься Мастер, – буркнул Махшур и злорадно продолжил: – У вас будет достаточно дел и без них. Пора снизить цены и увеличить охват населения.

– Охват… – повторил за ним Стриж и выпустил один за другим когти на правой руке. – Что-то мне подсказывает, что вы пересмотрите ваши планы, достопочтенный. А то, знаете ли, я могу и передумать насчет повязки Мастера. Хлопотно, конечно, но не хлопотнее, чем воровать коз для населения.

Резкий запах пота и нарочито небрежная ухмылка Махшура согрели сердце: старый мерзавец испугался Воплощенного. Что ж, обещание Мастеру выполнено. Теперь Махшур раз сто подумает, помогать ли Седому в интригах против Ориса.

– Так мы пойдем ужинать, почтенный, – резко сменил тон Стриж. – А то, знаете ли, тяжелая была ночка.

Не дожидаясь ответа, оба развернулись и быстрым шагом направились прочь.

Остановились они только в таверне неподалеку от площади Магистрата. Взяли по кувшину вина, дюжину лепешек. Проулками и дворами добрались до задней стены Магистрата, забрались на крышу – и, устроившись на едва просохшей после дождя черепице рядом с Кукольными Часами, принялись за вино.

Здесь, в укромном уголке между часовой башней, резным парапетом и крутым скатом крыши, Стриж с Орисом прятались лет с пяти. Как говорил Мастер, «хочешь что-то скрыть, положи на самое видное место». Никто не будет искать убийц рядом с обителью прокуроров и судей, к тому же отсюда открывался изумительный вид на королевский парк и верхний этаж дворца. И башни, конечно же, башни, восточную и западную, мерцающие в темноте алым и синим.

– Выкладывай, братец, – расправившись со своей частью лепешек, потребовал Орис. – Что значит «продан в собственность ее высочеству»?

Стриж пожал плечами, не отрывая взгляда от синей башни с золотыми прорезями окон. Отсюда казалось, что в высоких окнах мелькают силуэты танцующих придворных, даже слышались задорные звуки эста-ри-касты. Наверное, Шу празднует возвращение своего Дюбрайна. Чтоб его зурги съели вместе с Махшуром, Седым и прочими.

– То и значит. Продан. – Стриж приложился к кувшину и повернулся наконец к брату. – Сам же видел книгу.

Брат молчал, только кивнул – продолжай, мол.

– Не надо тебе это все. Лучше будешь спать. И вообще, тебе пора сматываться из Суарда. Рядом со мной, знаешь ли, в последнее время опасно.

Хмыкнув, Стриж отставил кувшин и растянулся на крыше, глядя на россыпи крупных осенних звезд.

– Я сам решу, что мне надо и когда сматываться. – Голос брата был непривычно жестким. – Давай подробно. Что за контракт, почему ты убивал отца и почему не убил.

– Мне самому хочется знать, куда девался Мастер. И откуда он знал, что именно сегодня?.. – начал Стриж. И вдруг обнаружил, что хочет рассказать все брату. Все, начиная с ядовитого зелья, влитого в него Мастером, и заканчивая охотой на него придворного мага и бегством от колдуньи. Слова лились сами собой, а вместе с ними вытекала боль, словно из расколотого кувшина. – …Я оставил ошейник и пошел к Мастеру. Он ждал, точно ждал. Может, почувствовал, может, просто проверял, но назвал меня по имени. А потом дал это.