Точка разрыва (рассказ о команде, которой нет)
- Автор: Горбунов Александр Аркадьевич, Токарев Станислав Николаевич
- Год: 1988
- Язык: русский
- Жанр: Спорт
Электронная книга - «Точка разрыва (рассказ о команде, которой нет)». Краткое содержание книги:
Опубликована в журнале «Спортивные игры» 1988 год, №№ 6; 7; 8; 9; 10.
В сокращенном варианте публиковалась в журнале «Юность» №8, 1988 год, под названием «Была команда ЦДКА...»
В раздевалке за стеной хором пели югославы.
Наших тотчас загрузили в автобус и отправили в Отаниеми. Кто-то в салоне сказал: «Даже водички не догадались дать». В город не выпустили — вечером предстоял отъезд на родину. Днем Романов нашел время поговорить с Нырковым, парторг сборной начал с того, что надо нам больше заботиться о юношеском футболе, что на полях наших играешь по колено в грязи, но когда перешел к причинам неудачи, руководитель прервал разговор.
В Ленинграде на вокзале их никто не встретил, на трамвае добрались до окружного Дома офицеров. Сложна была история этого осанистого здания на углу Литейного и Кирочной: когда-то там помещалось Офицерское собрание, после революции — Петроградский комитет партии большевиков, позднее — Дом Красной армии, где в сорок втором блокадном году собрали спортсменов — посланцев фронта, и они под оркестр маршем прошли в Таврический сад, чтобы пробежать традиционный весенний кросс. Об этом событии, всколыхнувшем голодный и холодный город, вселившем надежду в сердца его жителей, написал первую газетную заметку молодой поэт Михаил Дудин. В сорок девятом в этом доме слушалось пресловутое «ленинградское дело», одним из сфабриковавших его был подручный Берии Абакумов, которому в том же зале в пятьдесят четвертом году предстояло быть приговоренным к расстрелу.
Но футболисты не знали, не думали о здании, где их приветили и накормили, — волновали собственные судьбы. На следующее утро, когда подъезжали к Москве (вспоминает Нырков), гадали — не то шутя, не то всерьез — не повезут ли по кольцевой, минуя столицу, прямиком на северо-восток. Но поезд подошел к перрону, тут тоже никто не встречал. Разбрелись по домам.
Олимпиада еще продолжалась, а прерванный чемпионат страны возобновился: он в том году разыгрывался в один круг, предварительно было заявлено и начало борьбу 15 команд. 5 августа ЦДСА выиграл у «Динамо» (Москва) 1:0, 9 августа у тбилисцев 3:2,13-го у «Крыльев Советов» 4:2. По календарю следующий матч предстоял с киевлянами — 16-го.
...Аркадьеву в день отъезда команды вручили билет на самолет. Ночью в Москве доставили туда, куда имели обыкновение вызывать ночью. Дома он появился под утро — подавленный, осунувшийся. Кажется, в помятом костюме, хотя элегантность была его правилом: он запрещал домашним дарить себе даже галстуки, сам выбирал в тон сорочкам и пиджакам.
Никогда не посвящал он их в свои беды — любил, берег. А тут сказал то, что молвили там ему (не уточнил, кто): «Лучше бы всю Олимпиаду проиграли, чем вы — югославам».
5 августа в Хельсинки состоялось торжественное закрытие XV Олимпийских игр. Через несколько часов руководство делегации вылетело в Москву и во второй половине дня 6-го было вызвано в Кремль для отчета. Настроение — неважное...
Под занавес Игр хлебнули позора. По традиции, перед заключительным парадом на главном поле конники разыгрывали конкур. Препятствия оказались для наших незнакомыми и непреодолимыми, все падали с лошадей под хохот и насмешливое «О, казаки!». Согласно книге Н. Н. Романова, их и не собирались включать в делегацию: настояли «влиятельные военные». Подразумевается в первую очередь генерал-лейтенант Василий Сталин. Командующий авиацией Московского военного округа, сам с детства страстный конник, он собрал из других обществ в свой клуб ВВС всю элиту, ставшую костяком сборной. Но поскольку немалые вины бесшабашного, крепко пьющего сына скрывали от отца, чтобы не отвлекать от всемирно-исторической деятельности, ясно было, что за позор нагорит не ему.
А главное, обсчитались с общекомандным зачетом. На весь мир провозгласили в печати победу, потом, что называется, подсчитали — прослезились: оказалось, что у нас и американцев очков поровну — по 494. «По сусекам помели» — наскребли себе еще пол-очка, с тем и пошли...
Сведения о подробностях того заседания дошли от одного из присутствовавших к нам через вторые руки, книга «Трудные дороги к Олимпу» дополнила картину. На председательском месте сидел Г. Маленков — «хозяин» отсутствовал (он все реже появлялся на людях, зато печатались в газетах уже не первый год списки организаций, поздравивших его с 70-летием, пополнялся музей подарков ему, преобразованный из Музея Революции, да справлялись бесконечные юбилеи — последним, 6 февраля 1953 года, было 15-летие статьи «Ответ товарищу Иванову Ивану Филипповичу»). Н. А. Михайлов сидел среди «судей», вид имел неприступный. Особенную активность проявлял Берия, потрясал осведомленностью. Не только оказался полностью в курсе пертурбаций с командным зачетом — «пламенный Лаврентий» точно знал ответ, например, на вопрос, которым загнал в тупик главу делегации: сколько в американской женской легкоатлетической команде было негритянок (видно, его «команда» не зря в Хельсинки ела хлеб «по особой смете»). Главное же внимание сосредоточил на злополучном футболе.