Я стираю свою тень

— Чую синтетику, — призналась она.

— Возможно, она здесь есть. К сожалению, не все продукты сейчас делаются по соображениям полезности. Надеюсь, вкус тебя не разочарует, — мне он нравился. Я не злоупотреблял ни сосисками, ни пюре, поэтому их вкус мне не приелся.

Айрис копнула ложкой пюре и попробовала на язык.

— Ум, вкусно, — она самозабвенно погрузилась в завтрак.

Гостья не произнесла ни слова, пока не доела. Сосиски больше не смешили ее, а пюре не казалось искусственным. Она аккуратно собрала все остатки еды на тарелке и тщательно облизала ложку.

— Повар моей души, — произнесла она довольно, наверное, вместо спасибо.

— Еще чай с вафлями, — я поставил перед ней вазочку, в которую выложил сладости.

— Да ты галактический кудесник. Я с тобой так никогда не рассчитаюсь, — она лукаво посмотрела на меня и рассмеялась, когда заметила смущение.

Я поставил ей чашку свежезаваренного благоухающего чая. Айрис втянула носом поднимающийся от него пар и блаженно выдохнула.

— Причина, по которой я могу передумать возвращаться домой — это еда. Я теперь никогда не смогу есть эту отвратительную синтетическую жижу, — Айрис передернула плечами, живо вспомнив ее вкус.

— Оставайся. Придумаем, как сделать тебе паспорт, легализуем среди землян. Найдешь себе работу, мужа, создашь семью, — описал я ей перспективы.

Айрис задумалась.

— Пожалуй, нет. Я не смогу жить с мыслью, что больше никогда не увижу родителей, а они не будут знать, что со мной. Я вернусь, отбуду срок, может, скостят, а дальше будет видно, нужна мне эта планета или нет. Кстати, ты обещал мне рассказать о деньгах. Сегодняшний завтрак, наверное, вверг тебя в большие долги?

— Нет, еще не вверг, — признался я с улыбкой.

Хотел добавить, что это событие уже рядом, но промолчал, решив, что это будет неким укором для Айрис. Вместо этого я сходил в спальню и принес оттуда листок и карандаш, чтобы схематично изобразить ей всё, что я знаю об устройстве денежной системы нашего государства. Гостья ждала мои объяснения с интересом. Я положил рядом с ней листок и начал рисовать схему в виде дерева. Большой прямоугольник, затем три прямоугольника поменьше под ним, затем десять совсем маленьких под ними и еще куча мелочи ниже. Каждый уровень соединялся с последующими стрелками, в одном и в другом направлении. Когда схема удовлетворила меня, я приступил к объяснению.

— Значит так, во главе всей схемы находится центральный банк, — я подписал большой прямоугольник аббревиатурой «ЦБ». — Это единственное учреждение в стране, которое имеет право печатать деньги. Оно дает их в долг под проценты банкам поменьше, — Я показал карандашом на второй ряд прямоугольников. — Эти банки в свою очередь ссуживают деньги под проценты предприятиям, производящим продукцию или оказывающим услуги населению. Предприятия стараются произвести продукцию и продать ее с прибылью, чтобы вернуть долг банкам, раздать работникам зарплату и оставить деньги на собственное развитие, — я показал путь, по которому деньги возвращаются назад в ЦБ. — Есть еще кредиты для населения, это когда банки дают деньги в долг людям на покупку дорогих вещей и жилья, — я нарисовал стрелки в обход предприятий.