В последний раз [litres][One Last Time]

Ной уставился на меня.

Под его взглядом я чувствовала себя неловко. Он молчал.

Я вздохнула, сдаваясь:

– Ну скажи уже что-нибудь!

Ной тут же схватил меня за талию и поднял в воздух. Я заверещала, и он закружил меня, радостно улюлюкая, а потом поставил на пол и яростно впился губами в мои.

Его поцелуи опьяняли. Его вкус кружил голову; я забыла, что остальной мир вообще существует; Ной был так близко, что его тепло и знакомый запах заставляли меня буквально таять. Но даже все это не могло облегчить нарастающего внутри меня волнения. Мне ведь еще нужно было рассказать обо всем Ли.

А потом я услышала его.

– Ребят, только не говорите, что вы обручились. Или ребенка ждете. Но если так, то лучше б вам сделать меня подружкой невесты. Или крестным.

Ной оторвался от меня, и по его лицу я увидела, что он вдруг понял: мое решение о поступлении в Гарвард было для него поводом для радости, но вот для Ли… Ной убрал руки с моей талии и отошел в сторону, посмотрел на меня, потом на Ли, а потом прокашлялся и потер рукой шею.

– Я, эм… оставлю вас, пожалуй.

Он схватил свой бутер и исчез из кухни.

Ли побледнел. Я не могла поднять на него взгляд. Он подошел ко мне, немного подумал, а потом положил руку мне на плечо.

– Эль? Что… что происходит? Эй, – голос его был мягким, на лице появилась улыбка, и он довел меня до стула. – Не плачь.

– Я не плачу, – отозвалась я, но голос мой дрожал, а глаза подернул туман… я сморгнула слезы и схватила Ли за руку. – Это касается универа.

– А что с ним?

Ох, господи, у него такой радостный голос! Такой оптимистичный. Такой по-хорошему взволнованный.

А я вот-вот разобью ему сердце.

Я попыталась восстановить в памяти свою речь, которую так долго продумывала вчера вечером: страдала над каждым словом, каждой фразой. Но сейчас я могла вспомнить только жалкие ее клочки.

– Я знаю, мы всегда хотели поступать в Беркли вместе. Как наши мамы, и из-за Брэда, и… Господи, Ли, я не хотела, чтобы все вышло вот так. Понимаешь? Ты должен, должен это понять. Но я… ты просто не видел, как смотрел на меня отец. Он так… так, блин, гордился мной. И… И я тоже гордилась, очевидно. Это ведь так круто вроде бы. Не то чтобы… не то чтобы Беркли – это не круто, но… Просто подумай, сколько передо мной откроется дверей в Бостоне! И я клянусь, я не хотела хранить это в тайне. Ной тоже не знал, и отец не знал…

Я даже Леви не рассказала. Я только сейчас получила письмо и…

– И… – тяжело вздохнул Ли. – Ты не поедешь в Беркли, так ведь?

Ох, я чувствовала себя просто ужасно. Но ведь это было мое решение.

– С каких пор ты вообще решила поступать в Гарвард? – спросил Ли, а потом снова вздохнул и сделал шаг назад. Провел рукой по лицу и запустил пальцы в волосы. – Нет, погоди, не отвечай. Это ж очевидно. Там ведь Ной.

– Ты хотел поступать в Браун, – прошептала я. – И…

– Да, но в Брауне учился мой отец. Это не только из-за Рейчел.

Нет, это наверняка было процентов на девяносто из-за Рейчел.