Готы и славяне. На пути к государственности III-IVвв

В 381 г. (419), в третий год царствования императора Феодосия I, Атанарих договорился с Феодосием о дружбе и отправился в Константинополь. Там, через пятнадцать дней после почетного приема, он скончался. Так как правитель умер, готы, дружелюбно принятые императором Феодосием, договорились с ним о мире и признали над собой римскую власть. Иордан же об этом событии пишет, что готы «предались» Империи[86].

В 382 г. (420), в четвертый год правления императора Феодосия, готы отвергли договор с римлянами и поставили своим королем Алариха. Этим они показали, что более не находятся под римской властью.

В 399 г. (437), в четвертый год правления императоров Гонория и Аркадия, готы насильно поделили королевство на две части между Аларихом и Радагайсом, поскольку не могли прийти к соглашению, как уничтожать римлян, и решили также для грабежа разделить на части Италию.

Далее, Исидор делает важнейшее сообщение: «При этом короле [Эврихе] готы получили становления писанных законом, ибо раньше силу имели лишь традиции и обычай»[87].

Исидор в своей работе также приводит версию происхождения готов, которую первым высказал еще Иордан и которую повторили более поздние испанские хроники: «[Известно, что] племя готов самое древнее. Некоторые полагают, что готы произошли от сына Яфета – Магога, обращая внимание на сходство последних слогов, более же вероятным [видится] то, что они узнали об этом от пророка Езекиеля. Прежде ученые мужи именовали их чаще гетами, нежели гогами и магогами. В переводе же на наш язык имя их звучит как „защищающие“, что говорит об их храбрости: и это правда. Ибо не было в круге земном ни одного племени, которое бы до такой степени беспокоило Римскую империю. Именно они были теми, кого Александр советовал сторониться, кого боялся Пирр и перед кем трепетал Цезарь. И вот, раньше, в течение многих лет, они жили с вождями, затем при королях…»[88]

Интересны хвалебные характеристики, данные автором готам. Вот некоторые из них: «Люди они [готы] природой выносливые, характером живые, сознанием доверчивые, телом крепкие, ростом высокие, телодвижениями заметные, к бою готовые, к ранам крепкие, так что и поэт сказал о них: смертью пренебрегают, радуясь ранам, геты. У них столь много было войн и столь великолепная слава побед, что сам Рим, победитель всех народов, был вынужден подчиниться игу торжествующих гетов, и господин всех народов превратился в слугу. Затем подошли они к альпийской преграде. И вандалы, сами считавшиеся варварами, испуганные не столько их присутствием, сколько молвой о них, бежали. Силой готов были уничтожены аланы. И свевы, ранее загнанные в недоступные углы Испании, потом были уничтожены, и королевства, которые они удерживали позорной праздностью, теперь без труда лишены. И удивительно, что, хотя они до сих пор считались могучими, они не попытались даже защищаться. Но кто сможет показать величие гетского народа, поскольку многим народам по причине молитв и тяжестей позволено править, но они правят мирно скорее по свободной связи, чем по требованию, а если им приходилось воевать, то они употребляли больше силу, чем просьбы. И в дальнейшем они выделяются военным искусством, сражаются не только копьями, но и метательными дротиками, вступают не только в конное сражение, но и в пехотное, однако предпочитают сражаться на конях, как поэт сказал: геты на коне идут. Ведь они чрезвычайно ценят подготовку к метанию оружия и боям, ежедневно используя военные игры. При таком, однако, опыте войны они не занимались морской войной. Но после того как государь Сисебут [612–621 гг.] взял скипетр правления, они обратились к такой счастливой доблести, что не только землю, но и само море атаковали своим оружием, и служит им покоренный римский воин, которому служило столько народов и который рассматривал саму Испанию»[89]. Здесь, как и во многих произведениях других авторов, указывается на воинственность этого народа.