Гринвич-парк [litres][Greenwich Park]

Хелен на мгновение замирает со столовыми приборами в руках.

— Ты виделся с Чарли?

— Да. Мы тут как-то собрались сь сходить на одно из его вечерних диджейских выступлений, на которые он нас вечно приглашает. Забавно было, правда ведь, дорогая?

В удивлении вскинув брови, Хелен переводит взгляд на меня.

— Да, меня они тоже с собой потащили, — улыбаюсь я, поводя глазами с преувеличенной снисходительностью. Надеюсь, Хелен не очень рассердится, что никто из нас даже не сказал ей об этом. Ночные клубы она ненавидит, но еще больше не любит, когда про нее забывают.

— Мы водили туда одного из наших заказчиков, — объясняет Рори. — Вообще-то, было здорово. Правда, Дэниэл?

Тот пожимает плечами. Хелен хмурится: совершенно очевидно, что об этой вылазке «в свет» ей не сообщали и уж тем более ее не приглашали. Да и вообще, она всегда испытывает неловкость, когда при ней упоминают Чарли. Вряд ли она сама понимает, почему так происходит. Ее младшему брату почти тридцать лет, живет он в задрипанной однушке в Хакни, работает диджеем в клубе, который власти регулярно грозятся закрыть.

В принципе, Чарли — безнадежный тип. Несколько лет назад некая шведка, имени которой я не помню, родила ему дочь. В прошлом году у него возникли неприятности с полицией — вероятно, из-за наркотиков. Помнится, его освободили из заключения под поручительство Хелен. Подробностей я не знаю.

Теперь, судя по всему, он снова живет с Кэти. Интересно, как относится к этому Хелен? Про Кэти она давно не упоминала.

— Прекрасно, — неуверенно смеется Хелен. — Я буду рада повидаться с Чарли.

Я придаю своим чертам невозмутимость.

— Как поживает Кэти?

— Да мы как-то редко видимся в последнее время, — скорчив гримасу, отвечает Хелен. Я смотрю на ее исказившиеся черты, в которых сквозит обида. Похоже, у них с Кэти вышла какая-то размолвка.

— Должно быть, она очень занята на работе, — предполагаю я. Кэти — журналист, работает в одной из национальных газет — не самой престижной. И нам она при каждом удобном случае говорит, что у нее бешеная нагрузка.

— Да. Она сейчас очень занята, — с благодарностью кивает Хелен.

— В настоящий момент Кэти в Кембридже, освещает судебный процесс по тому ужасному делу… — осекается Хелен, краснея. — Вы, конечно, все о нем читали.

Мы морщимся, переглядываясь. Я кладу вилку, беру салфетку и промокаю губы. У Кэти просто талант портить аппетит и приятный вечер, навевая тошнотворные мысли, даже когда она не приглашена в компанию.