Песнь Виноградной Лозы. Запах трав
- Автор: Кашкадамова Ирина Николаевна
- Серия: Александр Македонский. Пять стихий #1
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: СИ
- Жанр: Героическая фантастика
Электронная книга - «Песнь Виноградной Лозы. Запах трав». Краткое содержание книги:
Повествование идёт с позиции дорической цивилизации и двоевластия, где Александр является не собственным именем, а военным титулом, командира территориальных войск.
Содержание: Выделены 5 юношей из которых трое во время похода на ахеменидов будут носить титулы александроса или басилевса. В книге «Песнь Виноградной лозы» рассматривается детский период с 14 до 18 лет юношей. 5 юношей совершенно с разными характерами и мечтами, каждый наделён божественной силой, которая развивается в них, направляя в дальнейшем их жреческий жизненный путь. Они ещё не посвящены в мужчины, и потому, имеют детские имена-прозвища.
— Вы могли бы поймать, того кто это сделал? — видимо, уже который раз спрашивал у светловолосых гонористых лаконцев басилевс. — Нет?
— Вы же сами ввели это в Спарте: не пойман не вор, — поддержал брата александрос. — Мы, конечно, проведём расследование, виноватый будет наказан.
— Если мы его найдём… — Филипп нервно барабанил пальцами по подлокотнику трона.
Вздохнув и напустив на себя несколько придурковатый вид, лаконцы женщин не особо уважают, особенно чужих, Даная вошла в зал. Упёрла руки в боки и по-хозяйски, как бабка с базара, при всех заорала на мужа, находившегося на совещании.
— Ты сарай ставил! Так он упал! Вот иди и ремонтируй его!
Александрос Орестид опешил, такой жену он видел раза два в жизни. Первый, когда она врала жрецам додонского Зевса, прикрывая их, ещё совсем молодых, когда они обрушили жреческую священную пещеру. Второй раз, когда в Пеллу впервые приехали атиняни, и Демосфен права начал качать.
Лаконцы захихикали, вид глупой бабы в этом варварском месте вполне отвечал их представлению об эгейцах. Что с такой дуры, хоть и красивой, возьмёшь, только детей рожать и умеет. Врывается как к себе на кухню, врывается, в мужские разговоры лезет. Кто-то даже по-мужски посочувствовал её мужу, надо же такую стерву дома иметь.
— А вы что тут двое расселись, — глупая баба заорала на басилевса и его брата. — Вы ему советовали как сарай ставить! Мне там всех перепелов передавило…
Филипп прыснул в кулак, в домах отродясь птицу не держали, на базаре покупали. басилевс у них на отсутствие соображаловки отродясь не жаловался, тут же понял, что спектакль неспроста перед зрителями устроили.
— Сейчас всё уладим и вернёмся к вопросу, — успокоил он лаконцев, дескать, вы же видите, женщина не в себе, ещё покусает…
Лаконцы уже не скрываясь хихикали. Лучшая защита — это нападение. Даная как дочь, сестра и жена правителей это знала. Она перевела свой взгляд на пострадавших лаконцев, выбрала того, кто потише и не блещет умом, вспомнила весь простонародный диалект…, и понеслось.
— А ты, милок… — Даная видя благодарную аудиторию, вошла в раж, — Уж не ты ли мой сарай подтолкнул, больно вид у тебя хитрый, и, кажись, твои сапоги мелькали в кустах, когда сарай на перепелов падал. Ой и кричали они бедные, ой и кричали…
— Очнись, мать, показалось тебе, — хмыкнул лаконец.
— Ах показалось! Меня чуть бревном не зашибло! Или ты считаешь, мой муж строить не умеет?!! Сарай сам упал! Так это ты ему помог! Я перед богами присягну, что такой как ты толкнул стеночку!!
— Видать, бревном её всё же задело, — тихо проговорил лаконец на косые взгляды своих, и отворачиваясь от столь вздорной бабы. Смеяться лаконцы перестали.
Муж подхватил Данаю под белы ручки, она вырывалась и огрызалась с лаконцами. Войдя в роль, Филиппу пришлось помогать уводить разбушевавшуюся женщину, оставя брата с жалобщиками.
— Лапушка, Лапушка, успокойся… — непрестанно твердил сконфуженный муж.
Отойдя от зала, Даная переменилась.
— Фифа их дом поджёг, — тихо шепнула она, мужчины резко взгрустнули, теперь придётся не только отбрёхиваться, но и дело на тормозах спускать, а они ещё за счёт лаконцев поживиться хотели. И тут она опять заверещала, так, чтоб в зале слышно было — Сарай мой, сарай!!!! Этот ворог его сломал!!
— Пойду с ними разбираться, — страдальчески возвёл глаза к небу Филипп. — Они не видели кто… Сейчас в связи с твоим столь громким приходом их напою в качестве успокоительного. А там, дадут боги, уболтаю. Только это… сарайчик твой придётся того…
— Да сделаю, — усмехнулся александрос Орестиды. — пошли Лапушка, посмотрим, что у них горит, а потом будем с Фифой разбираться.
Лаконцы арендовали целый двухэтажный дом с колоннадой. Пожар уже был потушен, следы разрушения были хорошо видны, они в развалинах покоились на земле, и явно крыло дома обрушил не пожар…
— Всё-таки взорвал, — хмыкнул муж обращаясь к Данае, — что он сказал?
— Что переложил, — женщина рассматривала полученную домом травму. Сейчас так же они изуродуют свой жуткий сарай. Хорошо хоть сын не погиб. Муж выписал из Самофракии учителя из младших иер, и вот до чего это довело. Надо гнать этого недоучку, именно он пристрастил Фифу к пиромании.
Они с мужем стояли за деревьями, чтобы лаконцы их не заметили. Деревья для додонских жрецов второй дом, родная стихия, каждый листик, каждая веточка — всегда помогут, подскажут, всегда спрячут. Муж встряхнул волосами, сосредоточился, перебирая в пальцах тонкие ветки рядом растущего кустарника, его взгляд стал отстранённым, а глаза совсем чёрными. Данная прижалась к дереву, почти слившись с ним, чтобы не мешать его работе, и не дать никому помешать. Андромен, он же александрос Орестиды, передавал картинку разрушения лаконского дома басилевсу. Филипп хитрый, умный, осторожный, он найдёт, как воспользоваться информацией. Муж протряс головой, разрывая контакт, и они удалились, оставаясь так же незамеченными. Пироги!!!! Данная вспомнила о тесте, осадили ли его, или оно уже вылезло из кадушки… Всё сегодня из-за Фифы наперекосяк.